Дом имени Карла и Розы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Аська! — бросилась к ней Варя. — Расшиблась?

Трудно было что-либо толком понять в несвязном рассказе девочки.

— Ну, обманули, — пытается утешить ее Андрей. — Не все же на свете такие…

— Все! Все хороши! — Ася не говорит, а кричит, словно вознаграждая себя за молчание предшествующих дней. — И вы не лучше! Думаете, пойду в приют? Попробуйте — убегу!

Варя что-то шепнула девочке и отвела Андрея в сторону.

— Чего вы все от меня требуете? — почти в истерике дернулся Андрей. — Разве я могу остаться?

— Мы сами знаем: мужское дело — воевать, а не только читать газеты. Никто вас не удерживает.

Голос у Вари непривычно строгий. Андрей, приученный к тому, что Варя всегда лишь несмело советуется с ним, несколько уязвлен. Варя рассуждает, как… как равная! Андрей чуть было не срезает ее, и вдруг острое чувство стыда заставляет его опустить глаза. Он понимает, что до сих пор и не позволял ей держаться как равной. Он, можно сказать, солдат Красной Армии!

— Что же ты, Варя, советуешь? — пристыженно спрашивает Андрей. — И вообще, почему ты говоришь мне «вы»?

Обширную площадь пересекала группа красноармейцев. На ветру бился лоскут кумача, в сумерках совсем темный, скромный, суровый флаг отряда. Грозно звучали удары солдатских подошв об утоптанную мостовую. Андрей выпрямился, проводил взором тех, кто шел к эшелону, отправляющемуся на фронт.

Выпрямилась и Варя, она тоже не отрывала взгляда от тех, для кого ее руки изо дня в день готовили воинское обмундирование.

Когда последняя шеренга бойцов завернула за угол, Андрей вновь спросил:

— Так что же ты советуешь?

Варя не советует, а почти приказывает:

— Вы… — произнести «ты» она все-таки не сумела. — Вы, Андрей Игнатьевич, бейте Деникина и вместе с ним и всю эту Антанту. О нас не думайте, мы проживем. На фабрике же многие с детьми. Завтра, к примеру, начнет работать жена Дедусенко, не слышали такого? Партийный… Он на фронт, а она здесь, с ребенком…

Ася стоит отвернувшись, стихнув, растеряв свое возбуждение, изнемогая от горьких дум. Перед нею площадь, почти опустевшая с наступлением сумерек; перед ней город, в котором полно недобрых людей. Всякий может ее обидеть, перехитрить. В ушах ее звучит: «Выучат люди».

Снова к вокзалу приближается воинский отряд. Снова сотни ног отбивают шаг. Голоса красноармейцев выводят песню:

Земной шар… Огромный голубой глобус… Асе трудно противиться песне, противиться волнению, которое, как она видит, охватило Андрея и вот-вот охватит ее. Но она не дается. Она слишком больно ушиблась о землю. Вся земля теперь неприютная, как эта площадь, — замусоренная, взъерошенная, чужая.

Земля плоха. Плохи люди. Даже звезда, светлая, иглистая, первой вспыхнувшая в небе, кажется злой, колючей…

— Аська, — шепчет подошедший сзади Андрей. — Скажи словечко. — Он повернул колесико зажигалки, заветной, выменянной у слесарей механической мастерской на пачку табака. Но лицо девочки не оживилось в свете огня. — Аська… Нельзя же сердиться на весь мир…

— А что в нем хорошего?

Не верит Ася, что можно жить, радуясь песне, звездам, радуясь тому, что живешь… Зачем Андрей утром столько наобещал, выдумал, что завоюет ей счастье? А главное — ей! Кому она нужна?!

— Аська, живи с огоньком! — Андрей протягивает Асе зажигалку с мерцающим фитильком. — Это тебе. Вспоминай одного красноармейца.

Варя настороженно ждет.

— А тебе спасибо за Асю. Ты, Варя, хороший товарищ.

Товарищ — это теперь глазное слово. Она, Варька, хороший товарищ! И все же хочется услышать и другие слова. Однако Андрей круто поворачивает к темному зданию вокзала, к еле освещенной двери, ведущей в первый класс, где разбросаны брошюрки про «Максима» и про ружье-пулемет «Львицу».

Суп из баранины

Печка раскалена, в кастрюле варится суп из бараньей грудинки. Не из селедки, не из конины, не из солонины, а из свежей баранины.

Тепло лишь у самой печки, поэтому Ася, как всегда, в пальто. Она сидит на корточках против заслонки и заготавливает косариком мелкие чурки. Бурлящий суп благоухает так, как, вероятно, благоухал в сказке о маленьком Муке. Постукивая косариком, Ася напевает в такт: