Первые ступени: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да как дела… Все в порядке. Сегодня заканчиваем. Ночью понадобится ПС. Вместе испытываться будем.

— Значит, у тебя все-все готово? — с некоторой тревогой спросил я.

— Почти все. Вот сейчас закончат проверку системы управления, и все.

— А может… вы отдохнете эту ночку? Ведь устали страшно. А завтра с утра и начали бы совместные, а?

— Ты давай не хитри! Не готово у вас, что ли?

— Да нет, готово. Просто о вашем здоровье беспокоюсь.

— Уж очень подозрительно мне твое беспокойство, давай-ка выкладывай, что случилось.

Пришлось рассказать ему о кронштейне.

— Да, дела неважные…

Выход был один: сделать новые кронштейны, не срывая графика. На всякий случай я пошел в цех, где собиралась ракета. Человек пятнадцать испытателей обступили пульт проверки системы управления и ожесточенно спорили. Оказалось, что от одного из приборов в положенное время не прошла команда к исполнительному механизму. Необходим был анализ события, а затем повторное испытание. Тем самым нам предоставлялась отдушина в несколько часов, и мы были «спасены». За ночь все было сделано, и утром ПС передан на испытания.

К вечеру Сергей Павлович собрал у себя в кабинете оперативное совещание — оперативку, на которую вызваны были его заместители, начальники отделов конструкторского бюро, начальники цехов и руководители завода. Всего человек сорок. Закончив разговор по телефону, Королев подошел к столу. Все затихли.

— Так что же, начнем, товарищи. Михаил Степанович, доложите результаты испытаний.

Михаил Степанович встал и, заглядывая в блокнот, начал подробный доклад. Все намеченные по плану испытания закончены. Ракета и «пээсик», как ласково его называли рабочие, вполне готовы к отправке на космодром. Вскоре отдельные блоки громадной ракеты были погружены в железнодорожные вагоны, спутник уложен в специальный контейнер, а в отдельном длинном ящике отправились его усы — антенны.

В начале сентября 1957 года группа проектантов, испытателей, конструкторов и инженеров выехала на космодром. Сергей Павлович приказал Михаилу Степановичу и мне отправляться туда же (сам он на несколько дней задерживался в конструкторском бюро и в Академии наук).

На космодроме до этого мне бывать не приходилось, и, как только самолет приземлился на новом степном аэродроме, а мы, пересев на «газики», помчались по степи, мною овладело чувство необыкновенного, которое уже не исчезало все эти дни. Громада монтажного корпуса, грандиозность стартового сооружения — все это поражало. Для подготовки спутника в полет в монтажном корпусе была выделена специальная комната, которая так и осталась «космической»: именно в ней 12 апреля 1961-го собирался в космос Юрий Гагарин.

Испытатели все повторяют и повторяют «пройденное». «Хозяин» радиопередатчика, инженер одного из радиотехнических институтов, Вячеслав Иванович, наверное, в десятый раз проверяет его работу. Он регистрирует изменение формы радиосигнала в зависимости от изменения температуры и давления, для чего спутник помещается то внутрь термической установки, то его «замораживают» и «жарят», то около вакуумного насоса, которым несколько раз его «откачивают». Наконец все испытано. Остается поставить летную батарею из серебряно-цинковых аккумуляторов. Полуоболочки спутника укладывают на высокую круглую подставку, в комнату торжественно вносят сияющую полированным корпусом батарею, делают последние контрольные замеры напряжения. Смотрим на вольтметр, и… холодок пробегает по коже, а во рту становится противно кисло. Напряжение на нужных контактах штепсельного разъема — нуль! Оглядываюсь — гоголевская немая сцена из «Ревизора». Только смотреть сцену в театре — это одно: после нее опускается занавес и идешь домой. Здесь же… Проверяем еще раз, еще раз, и… тот же нуль! Батарея электропитания приборов спутника — приспособление не бог весть какой сложности; что же могло с ней произойти? Уж где-где, а с источником питания мы никак не ожидали недоразумений. Само собой разумеется, что немедленно была создана специальная комиссия с участием самых ответственных специалистов. С серьезностью хирургов, делающих операцию на сердце, монтажники приступили к вскрытию батареи. Ей, понятно, больно не было, чего никак нельзя было сказать о Валентине Сергеевиче, ответственном лице предприятия, готовившего батарею.

Вот сняты полированные блестящие крышки. В руках монтажницы — штепсельный разъем и… несколько оторвавшихся из-за плохой пайки проводов. Слова, сказанные в тот момент, мало назвать горячими. В комнате второго этажа испытательного корпуса собралось довольно много народу. Как сейчас вижу побелевшее от гнева лицо председателя Госкомиссии, его руку, постукивающую по столу обрывком злополучного кабеля, слышу и слова, произносимые сквозь зубы:

— Ну, люди вы или не люди? Ну, можно ли найти имя этому безобразию?!

Рядом с ним Королев. Молчит, только желваки на скулах ходят ходуном. «Подсудимый» — Валентин Сергеевич — с присущей ему невозмутимостью пытается объяснить.

— В целях повышения надежности мы применили эпоксидную смолу, но… но… этого…

— Нет, вы мне ответьте, люди вы или не люди?..

Вечером шутили, что «изглоданный труп» Валентина Сергеевича был выброшен из окна второго этажа!

Наконец провода заменены, все надежно пропаяно, батарея водружена на место. При большом стечении притихших рабочих и инженеров шарик — ПС — перевозится на легкой тележке из комнаты, где шла его подготовка, в монтажный зал. Рядом с огромной ракетой он кажется очень маленьким и в то же время таким близким, как может быть близок и дорог ребенок, с большим трудом выпестованный.

Начинается стыковка. Крюк крана поднимает серебристый шарик к носовому отсеку ракеты. Длинные усы — антенны — прижались к носовому конусу. Осталось произвести последние пробные включения радиопередатчиков. В зале тихо. Члены Государственной комиссии, Сергей Павлович, его заместитель, главные конструкторы смежных организаций и предприятий молча и сосредоточенно стоят рядом с ракетой. Мгновенье — подана команда, и в громадном зале раздаются четкие, чистые сигналы: бип-бип-бип! Это их потом услышит мир. Но пока передатчик выключен; соединены штепсельные разъемы, снята предохранительная скоба с контакта, теперь он будет включен лишь после отделения спутника от ракеты там, на орбите…

В зал подают мотовоз. Громадная ракета, уложенная на специальную платформу, поблескивая полированными соплами двигателей, подрагивая на стыках рельсов, медленно выползает через бесшумно раскрывшиеся огромные ворота в звездную темень южной ночи.

Рядом с ракетой идут те, чей труд и талант были вложены в ее создание.

Силуэт ракеты на фоне звездного неба был необычен. Неужели дожили? Неужели это свершение мечты?

Ракета, медленно двигаясь, уходила в предрассветные сумерки утра 3 октября!

Когда она замирает в стартовом устройстве, начинаются последние испытания всех ее систем и приборов.

Инженеры на самом верху, около носа ракеты, еще и еще раз проверяют приборы. Появляется солнце, хоть и октябрьское, но жаркое. Температура внутри спутника начинает подниматься. Это недопустимо! Покрываем его куском белой ткани — помогает мало. Просим подать сюда, наверх, шланг для обдува, и выходящая под давлением струя воздуха постепенно снижает температуру до нормальной. Через час проверка спутника закончена. Испытатели-ракетчики, работающие на «нижних» этажах, тоже заканчивают свои дела.