Мой отец крутится на сиденье и смеётся над быстро исчезающими фигурами трёх единственных мужчин, которые могли бы меня спасти.
Моё сердце остановилось у меня в груди, царапаясь о грудную клетку, пытаясь вырываться на свободу. Оно оплакивает не свою владелицу, а мужчину, оставленного позади в пыли, кому было отказано в мести.
Если мне суждено страдать, так тому и быть.
Я буду одновременно мстителем и палачом, даже если мне придётся выкопать самой себе могилу.
Самое забавное в мести, что она может превратить любого в убийцу.
34
— Его здесь нет, сэр. Всё вокруг обыскали, и все его люди либо захвачены, либо убиты. Никаких признаков Алека Крэйвена.
Ярость врывается в мои вены, и зверь ревёт во мне, чтобы вырвать горло человеку передо мной. Мужчине, который посмел сообщить мне, что мы упустили Алека Крэйвена. Снова.
Я чуть не вырвал руку, опустившуюся на моё плечо, вовремя крутанувшись, чтобы оказаться лицом к лицу со спокойным лицом Люка.
Он отнюдь не спокойный, но никто, кроме меня, не сможет это сказать.
— Библиотека.
Только одно слово.
Одно гребаное слово — я должен был думать быстрее.
«Фей».
Она там, ждет меня.
Ждет там, где я сказал ей, что она будет в безопасности.
«*бать».
«Я. УБЬЮ. ЕГО».
— Доставьте выживших к Анне, удостоверьтесь, что команда докторов ожидает там. Не следуйте за мной.
Я выбегаю из коридора, уворачиваясь от людей, несущих носилки, заполненные убитыми и ранеными. Когда я добираюсь до библиотеки, я вижу, что потайная дверь полностью закрыта.
Этот ублюдок находится там с Фей.
«Бл*дь». Она никогда не рассказывала нам, как открыть замок с этой стороны. Мы не закрывали её полностью, когда вышли, но сейчас, когда она запечатана, я должен найти ключ, чтобы повторно открыть её.
Мои глаза отчаянно окидывают комнату, прежде чем я шагаю к книжным полкам и начинаю срывать ряд за рядом первых изданий, перебрасывая их через плечо, молясь, чтобы найти ключ, который откроет эту дверь.
Ничего.
Я наворачиваю дикие круги, мои глаза останавливаются на каждой поверхности, прежде чем они фокусируются на большом столе. Одним махом моей руки, всё, что стоит на столешнице, сброшено на пол.
Однако потайная дверь по-прежнему не открывается.
Опираясь ладонями на стол из красного дерева, я опускаю голову, а моя грудная клетка поднимается рывками. Гнев в моих венах орёт мне — уничтожить.
— Брат.
Я не двигаюсь в сторону Люка.
Его голос становиться ближе, сопровождаемый звуком другого человека, входящего в комнату. Я игнорирую их обоих, мои пальцы впиваются в древесину, ногти вдавливаются в блестящую поверхность так сильно, пытаясь удержать меня, чтобы не наброситься на мою единственную семью.