— Возможно, я не хочу, чтобы на меня набросились, как только разденусь.
— Я клянусь дать тебе отсрочку. По крайней мере, до окончания встречи.
— Знаешь что? Я разденусь. Только, чтобы продемонстрировать то, что ты никогда не получишь.
Сверкнув глазами, Люсия «нырнула» в свой рюкзак, вытаскивая сменную одежду: простые бежевые брюки, но нижнее белье — топ на бретельках и шортики — выбрала красного цвета.
— Красный, — выдохнул Гаррет.
Этот цвет всегда привлекал мужчин ликанов и в первую очередь, нашедших пару. Но это дамское белье вызывало особенный интерес. Сзади на шортиках была ленточка, явно предназначенная для глаз мужчины. Гаррет представил, как разглаживает ее, пока ставит Люсию на четвереньки. Он бы медленно стянул шортики с ее бедер, ровно настолько, чтобы можно было раздвинуть ее ноги и войти в нее.
Люсия отвернулась, стягивая рубашку через голову. Когда она сбросила лифчик и потянулась за сухим, Гаррет мельком увидел одну из пышных грудей и темно-розовый сосок.
Сколько раз он, мастурбируя, воображал эти великолепные груди? Сколько раз он кончал, стиснув зубы от чувства неудовлетворенности, сжимая свой член вместо этих холмов кремовой плоти…?
Хотя его Люсия не была пугливой, иногда она смущалась и поступала в том или ином случае не так, как он ожидал. Уже во всяком случае не скромно, но еще недоверчиво. В данный момент она так и выглядела. Так, как будто на кону стояла ее жизнь. Однако на самом деле он бы сказал, что она возбуждалась. Она часто задышала. Ее глаза замерцали серебром. Он задался вопросом, знает ли она об этом.
Люсия стянула нижнее белье, обнажая упругие, прекрасно очерченные, словно произведение искусства, ягодицы, и все мысли надолго вылетели из его головы.
— Боги всемогущие, — наконец выдохнул он, заставляя её плечи напряженно застыть. — Никогда прежде не видел твою задницу. И даже за тысячу лет ни разу не видел подобную.
Гаррет сжал кулаки, напоминая себе о своей опрометчивой клятве не набрасываться на нее. Но, проклятье, он просто обязан обхватить ее там руками, шлепнуть по ней, сжать ее. Любым путем он должен дотронуться до этих пышных изгибов.
Она слишком быстро, с его точки зрения, натянула белье, затем надела брюки и рубашку. Повернувшись к нему, спросила:
— Вот. Ты доволен?
Огрубевшим голосом, он ответил:
— Если «доволен» означает эрекцию и тяжесть в яйцах, то да.
Сердито сверкнув глазами, Люсия пошла к двери. Гаррет вскочил, сунул ноги в сапоги, затем закинул футляр с луком на плечо и последовал за ней.
— Ты не можешь пойти!
Ее лицо застыло от ужаса.
— Я иду туда, куда идешь ты.
— Но твои глаза меняются, когда ты смотришь на меня!
Он пожал плечами.
— Ты волнуешь меня.
Сдержанное высказывание. Он хотел зарыться лицом в ее шелковые волосы и сделать глубокий вдох. Он хотел облизать ее соски и попробовать ее на вкус…
— Смертные увидят! Ты должен остаться здесь. Мы же договорились, что ты не станешь выдавать мою тайну!
Он вытащил солнцезащитные очки из сумки:
— Нет проблем.
— А как насчет… этого? — Она деликатно указала на его эрекцию.
МакРив устроил целое представление, пытаясь запихнуть негнущийся член обратно за пояс джинсов. Люсия испытала потрясение, заметив головку его плоти, прежде чем ликан одернул вниз рубашку.
— Ах, милая, ты же видела его прежде. Твои ручки даже исследовали его вдоль и поперек.