— Есть проблемы, док?
Док? Хотя смертный состоял из груды упакованных мышц, Люсия должна понимать, что он вряд ли способен ей помочь.
Её губы сжались. О да, она хорошо это понимала.
— Нет. Никаких проблем, Трэвис.
Этот Трэвис повернулся к Гаррету.
— Позвольте предположить, что вы, как пить дать — безбилетный пассажир?
— Новый пассажир, — Гаррет полез в карман мокрой рубашки, затем вручил мужчине сырой комок денег. — Гаррет МакРив.
Взгляд Трэвиса метнулся от Люсии к Гаррету, затем к наличке, и он, соглашаясь, кивнул:
— У нас нет свободных кают…
— Не проблема. Я поживу вместе с ней.
Люсия открыла рот, чтобы возразить, но Трэвис опередил её:
— Тогда приветствую вас, черт возьми, на борту.
С этим словами он развернулся и поднялся обратно в рулевую рубку.
Люсия рванулась из рук Гаррета.
— Это еще не конец. И если ты снова наложишь на меня свою лапу, МакРив, я заставлю тебя пожалеть об этом.
Стоило ей отвернуться, и Гаррет положил руку на её попку, собственнически стиснув и охнув от удовольствия; Люсия с полуоборота ударила его с шокирующей силой в кадык, вбив его так, что Гаррет закашлялся.
Когда она поспешила прочь, он прохрипел:
— Я все еще не жалею об этом.
Глава 19
По пути обратно к каюте номер семь Люсия подхватила рюкзак, затем отперла тяжелую дверь и захлопнула её за собой. Ржавые петли протестующе заскрипели.
На первый взгляд обшитая деревянными панелями комната оказалась больше, чем она ожидала, да и кровать тоже. Вероятно, по тому, что и та и другая принадлежали к раритетам, оставшимся со времен былой роскоши.
В каюте имелись письменный стол и стул, тумбочка и светильник. Над кроватью свисала москитная сетка. К комнате примыкала приличного размера ванная комната и тесный балкончик.
Бросив рюкзак на пол, Люсия оперлась спиной о дверь, прислонив лук и колчан к стене.
Что мне делать?
Отправленная предотвратить надвигающийся апокалипсис полусумасшедшей личностью, отличительной особенностью которой было изобилие смущающих тайн, она плыла на паршивом корыте с людьми, а теперь ещё и мстителем, способным подвергнуть испытанию её стойкость и стать причиной её гибели.
Сексуальным мстителем.
Боги, он оставался таким же привлекательным, как и прежде. Его темное обаяние, по-прежнему сводившее ее умственные способности к абсолютному нулю, действовало в полную силу.
Неужели МакРив действительно тосковал по ее запаху? Он стремился его чувствовать, потому что был ликаном? Сама мысль об этом заставила ее покраснеть в замешательстве и рассердиться на себя. С чего бы это ей вообще размышлять о таких вещах?
Вместо этого она должна беспокоиться о том, как Гаррет заставит расплачиваться за всё то, что она и Регина сделали ему. Не было никакой надежды, что он просто забудет это, как прошлогодний снег…
Никс велела ей: «Позвони мне, как только окажешься на борту». О, отлично, она так и сделает!