Вскоре валькирия уже рыдала, сотрясаясь всем телом, неспособная вымолвить не слова, всхлипывая и судорожно хватая воздух открытым ртом. Раскачиваясь и обхватив руками ликана, она заливалась слезами…
— Лау-ша? Прохрипел он.
Люсия застыла, каждый мускл в ее теле зазвенел от напряжения.
— Г-Гаррет?
Она, не мигая, уставилась на него, крупные капли, срываясь с ее ресниц, падали на его лицо, увлажняя щеку.
Ликан нахмурился.
— Не в силах вынести твои слезы, — беспомощно пробормотал он.
— Тогда останься со мной, — всхлипнула она, одним махом стирая тыльной стороной ладони влагу с лица.
— Мне не хватает тебя, Лауша. Так сильно.
— Я з-здесь!
Повернув голову, он посмотрел вверх, наконец-то встретившись с ней глазами. Его радужки переливались от голубого к золотистому и обратно.
— Моя Лауша. Ты сновиденье?
— Нет, я не сон!
Гаррет замер.
— Что это?
Он сел, настороженно отстраняясь от нее и оставляя с ощущением холодной пустаты и утраты.
— Ты… мертва, — выдохнул Гаррет, его взгляд заволокло переной боли.
— Нет! Я с тобой, здесь, невредимая.
Люсия бочком придвинулась к нему на край тюфяка.
— Ты нереальна. — Оборотень рванул когтыми грудь. — Ты умерла.
Она перехватила его руку.
— Пожалуйста, прекрати истязать себя. Я настоящая, Гаррет. Я здесь.
Он потянулся, чтобы коснуться ее лица, но всеже сжал ладонь в кулак.
— Нет, я же нанес тебеб удар… тем мечом. Я-я… убил тебя.
— Ты не делал ничего подобного! — Она погладила его влажную щеку. — Ты никогда бы не причинил мне боль. Круах заразил тебя — заставил увидеть галлюцинацию. Внушил веру в то, что ты снес мне голову, но ты не убивал меня. Инстинкт не позволил тебе.
— Откуда мне знать, что я не брежу сейчас? — Гаррет недоверчиво покачал головой. — Как понять, что я все еще не там?
Люсия видела, что ему отчаянно хочется поверить. Но он сомневался в собственном рассудке и в своих воспоминаниях.
— Ты не там. Мысли, что тебе вбили в голову, не что иное, как уловка злобного бога. — Она сжала в ладонях любимое лицо. — Ты здесь, со мной, в Кайнвэйне. Поверь в это, поверь в нас.
Гаррет слышал слова Люсии будто издалека, продолжая сонно грезить о долгих, полных страсти часах, что они провели вдвоем. Изматывающий, агрессивный секс снова и снова. До того последнего раза, когда он занялся с ней любовью.
А затем появились ее слезы, каждая капля, как удар, побуждавший его выйти из каких-то непроглядных сумерек.