Партизаны принимают бой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К участию в операции, общее руководство которой было возложено на фон Готтберга, привлекались 2-й и 13-й полицейские полки СС, штрафной батальон под командованием Дирлевангера, дружинное соединение СС, 15-й, 102-й, 118-й и 237-й охранные батальоны, 600-й «казачий» батальон, 633-й «восточный» батальон, 1-я и 12-я полицейские танковые роты, 1-й батальон гренадерского полка, четыре роты 392-й оберфельдкомендатуры с одной батареей и одним взводом противотанковых орудий и взводом тяжелых минометов, усиленная рота 286-й охранной дивизии, 2-й дивизион 213-го полка, три моторизованных жандармских взвода, особые команды СД для уничтожения людей при каждом батальоне, восстановительная группа связи, подрывная группа, самолеты 4-й группы 51-й бомбардировочной эскадрильи и 7-й эскадрильи особого назначения. Общая численность этих частей и подразделений достигала 80 тысяч солдат и офицеров. Все они были сведены в четыре оперативные группы, которые возглавляли генерал-майор Дормаген, полковник Кинцель, подполковник Клупш и палач Хатыни Дирлевангер.

Каждая из групп имела определенную задачу, вытекающую из общего плана наступления на партизанские районы. В соответствии с этим планом каратели должны были оттеснить партизан от железнодорожных магистралей Молодечно — Полоцк, Молодечно — Минск, Минск — Борисов, отвоевать шоссейные дороги Минск — Витебск, Вилейка — Борисов, Докшицы — Борисов, загнать партизан в болота озера Палик и уничтожить, а трудоспособное население вывезти на каторжные работы в Германию.

Опасаясь активизации партизан во время карательной операции вблизи Минска, Готтберг решил предварительно прочесать красносельскую лесную дачу Заславского района, руднянские леса в Логойском районе и северную часть Смолевичского района. Операции под кодовым названием «Драуфгенгер I» и «Драуфгенгер II» («Смельчак») были проведены в конце апреля — начале мая 1943 года. Успех этих операций, по признанию штаба группы фон Готтберга, был незначительным.

С самого начала не сулила больших успехов и карательная операция «Коттбус». Судя по заключительному отчету об операции, ее руководители имели весьма смутное представление о численности и вооружении партизан. Они после ее завершения продолжали считать, что в районе восточнее реки Березины дислоцировалось большое количество регулярных войск и десантников, имевших тяжелое вооружение и превосходно оборудованные узлы обороны.

Хотя эпицентром карательной операции «Коттбус» был заранее определен район озера Палик, боевые действия гитлеровцы начали западнее Лепеля. 19 мая 1943 года оперативная группа «Норд» под командованием генерал-майора Дормагена повела наступление в направлении на Пышно и Воронь. Готтберг боялся, что дислоцировавшиеся в этом районе партизаны могут нанести удар с тыла и сорвать операцию. Что ж, каратели имели основания опасаться этого.

Бои с самого начала приняли ожесточенный характер. «Сопротивление противника, — писал в донесении Готтберг, — с каждым днем усиливалось»[2]. Каратели в связи с этим потребовали подкрепления. И наступавший в направлениях на Пышно и Воронь полицейский полк СС был усилен зенитным дивизионом и авиацией. Но и эти силы оказались не в состоянии серьезно изменить положение. Правда, карателям после пятидневных боев удалось потеснить отряды бригады имени С. М. Короткина и занять деревни Косари и Зарубовщину. Однако в ночь с 24 на 25 мая бригада Дубова внезапно атаковала боевые порядки гитлеровцев и к утру выбила карателей не только из этих деревень, но и из Дубенца, Весницка и Тартака. Фашисты потеряли 65 человек убитыми. Партизаны сожгли совершивший вынужденную посадку немецкий самолет и захватили топографическую карту с планом карательной экспедиции.

По указанию секретаря Витебского обкома партии И. Б. Познякова было принято решение — между деревнями Адаменки и Селец сделать прорыв. Начали вести наблюдение за немецкими гарнизонами, размещенными в этих деревнях. На большаке между ними наблюдалось интенсивное движение вражеских частей. Наша группа партизан, которой поручили провести эту операцию, насчитывала более 600 человек. Из этого количества выделили ударную группу — 80 человек, им передали три ПТР, 28 автоматов, 10 пулеметов. В задачу ударной группы входило: незаметно подобраться к немецким дзотам, а на нашем пути их было два, и забросать их гранатами. Командовать этой группой поручили командиру отряда имени Лазо бригады Райцева Г. А. Забавленко.

Мы подошли к большаку примерно на 400 метров. Ударная группа к этому времени (к часу ночи) подобралась на 150 метров и по команде открыла плотный огонь, забросала дзоты гранатами и с криком «ура!» захватила оба дзота. Только некоторым немцам удалось уйти живыми. Взяли трофеи: по два пулемета в каждом дзоте, а также автоматы и винтовки, два миномета.

Перейдя большак, мы двинулись в направлении деревни Забоенье и назавтра начали громить тылы противника. Этим самым мы отвлекли значительные силы противника, которые наступали в районе Пышно.

Но накал боев нарастал. В район Лепеля к находившимся в обороне партизанам прибыло подкрепление из бригад имени К. Е. Ворошилова (комбриг Д. В. Тябут) и имени В. И. Чапаева (комбриг В. В. Мельников). У Пышно противник был остановлен. Здесь разгорелись ожесточенные бои, длившиеся 20 суток. В ходе их народные мстители показали высокие образцы мужества, стойкости, оперативной сметки. Коммунисты и комсомольцы были впереди.

Группа партизан под командованием помощника комиссара бригады имени С. М. Короткина по комсомолу Чикова под сильным минометным и пулеметным огнем противника взорвала мост, уничтожив при этом 18 фашистов. Все попытки гитлеровцев продвинуться вперед партизаны срывали сильным прицельным огнем. Перейдя в контратаку, патриоты истребили еще 30 фашистов, выбили немцев с занимаемых ими позиций, захватили трофеи и документы.

Бои за Пышно — одна из славных страниц партизанской истории. Героизм патриотов был массовым, взаимная поддержка и выручка — железным законом. Особенно трудно было, когда противник пустил танки. Метким огнем их встретили наши артиллеристы. Во время одного из таких боев тяжелое положение создалось на участке, который удерживала рота Геннадия Кротенка. На помощь ей заместитель комбрига С. В. Маркевич по указанию Ф. Ф. Дубровского послал взвод пулеметчиков во главе с замполитом пулеметной роты Алексеем Карабицким. Они отсекли автоматчиков от танков и заставили их залечь.

Никогда не забудется подвиг, совершенный отцом и сыном Бурак. Храбрых пулеметчиков не устрашил грозный вид вражеских танков. Патриоты погибли под гусеницами, но не оставили огневую позицию. На их место в отряд пришел брат Бурака с сыном.

В бою тяжело ранило пулеметчика Семена Клопова. Его заменила Надежда Костюченко. Медсестра Нина Флиговская сделала Клопову перевязку, и тот снова лег за пулемет. Он заставил залечь пехоту, поднявшуюся за танками. Но вскоре, сраженный автоматными очередями, упал на бруствер окопа. Однако пулемет Клопова и на этот раз не замолчал. Его взял Алексей Карабицкий. Вот и он схватился за голову и стал тяжело сползать на дно окопа. У пулемета остались двое — Надя Костюченко и Нина Флиговская. Пулемет опять ожил. Он бил по цепям карателей длинными очередями, а где-то рядом средь шума боя отчетливо слышались одиночные выстрелы противотанкового ружья. Это Владимир Кривец вел огонь по танкам. Изрешеченная пулями, упала Нина Флиговская. Кончились патроны. Остались гранаты. Надя взяла тяжелую связку и поползла навстречу стальным громадам. Партизаны видели, как она стремительным рывком поднялась и бросилась под гусеницы танка. Грохнул взрыв, и машину обволокло дымом и пламенем…

Бои продолжались. Враг нес тяжелые потери, но не переставал атаковать. В воздухе висели вражеские самолеты, засыпая боевые порядки партизан бомбами, воздушными минами, обстреливая из пулеметов.

8 июня бои под Пышно затихли. Партизаны оставили местечко и отошли на новые рубежи. Но боевые действия на этом не прекратились. В первую же ночь патриоты совершили налет на карателей. Изматывая врага, партизаны держали его в постоянном нервном напряжении. Не имея бил продолжать наступление, каратели вынуждены были снять блокаду.

Одновременно с атаками западнее Лепеля каратели вели наступление против партизан Борисовско-Бегомльской зоны. Бои там начались 21 мая. Имея превосходство в силах, гитлеровцы захватили дорогу Плещеницы — Бегомль. Отойдя в глубь своей территории, партизаны бригады «Народные мстители» стали совершать налеты на расположение карателей. В последних числах мая бригада в полном составе перешла на свои старые базы в крайские леса. Оказавшись в тылу у карателей, она возобновила боевые действия на вражеских коммуникациях. Диверсионные группы успешно действовали на железных дорогах Молодечно — Полоцк, Молодечно — Вильнюс, Молодечно — Минск и в самом Минске.

Наступая с западного направления при поддержке артиллерии и авиации, 22 мая каратели повели атаки на боевые порядки бригады «Железняк», где командиром был И. Ф. Титков и комиссаром С. С. Манкович. Отряд под командованием Михаила Афанасьева отразил все атаки, нанеся противнику значительные потери в людях. Стойко удерживали свои позиции отряды под командованием Григория Охоненко и Семена Гунина. В ходе боев они нанесли врагу большой урон. Отражая натиск карателей на оборонительных рубежах, железняковцы заходили им в тыл, нападали с флангов. В одной из таких операций вблизи деревни Чисти Мельчинские рота 4-го отряда разгромила вражескую колонну, тяжело ранив руководителя оперативной группы подполковника Клупша. Однако к концу мая карателям удалось оттеснить бригады «Железняк» и «Дяди Коли» за Березину.

Окружив партизан в паликовских и домжерицких болотах, каратели в течение нескольких дней обстреливали этот район из артиллерии, минометов, крупнокалиберных пулеметов, бомбили с самолетов. Затем они начали прочесывание лесов и болот. Тяжелые бои пришлось вести партизанам. Обессиленные отражением непрерывных атак, переходами по болотным топям, голодом, переносами раненых, патриоты проявили твердость духа, большую выдержку. Приходилось беречь каждый патрон, каждую гранату, так как боеприпасы за время боев иссякли. В ночь с 18 на 19 июня окруженные пошли на прорыв. Атака до смерти измученных бойцов была такой решительной, что сильно укрепленная заградительная линия карателей не выдержала. Партизаны, за исключением бригады «Дяди Коли», оставшейся на домжерицких островах, прорвались и вышли в леса к своим основным базам. Вскоре в связи с подготовкой наступления в районе Курска и Орла немецко-фашистское командование спешно отозвало армейские части, принимавшие участие в карательной операции.

За годы временной оккупации Белоруссии немецко-фашистские захватчики провели не менее ста карательных экспедиций, причинили большой ущерб народному хозяйству республики, убили много мирных жителей, часть вывезли на каторжные работы в Германию. Но главной цели — ликвидации партизанского движения хотя бы в территориально локальном районе — не достигла ни одна из них. Не составила исключения и операция «Коттбус». Правда, это не помешало фон Готтбергу сообщить в донесении в Берлин, что «окруженные участки на протяжении 21 и 22 июня полностью очищены от партизан»[3], что в ходе всей операции уничтожено 9893 и взято в плен 599 партизан. Конечно, партизаны имели потери, но они исчисляются не сотнями и тем более не тысячами человек. Яркое свидетельство этого — новый подъем борьбы народных мстителей в Борисовско-Бегомльской и Полоцко-Лепельской партизанских зонах летом и осенью 1943 года.

Увеличилось число ударов по коммуникациям и тыловым объектам врага, стал качественно новым подход к организации боевых действий. Возросшее тактическое мастерство командования партизанских формирований, совершенствование всех видов связи между отрядами и бригадами, улучшение координации их действий позволили приступить к организации крупных и одновременных боевых операций на большой территории. Их эффективность превзошла все наши ожидания. Оккупанты были в панике. Это сказалось и на их настроении, и на боеспособности охранных и других частей.

Крупную комбинированную операцию провели партизанские бригады Полоцко-Лепельской зоны в ночь с 24 на 25 июля 1943 года. Она представляла собой совокупность одновременных ударов по различным тыловым объектам врага, но прежде всего по коммуникациям, и продемонстрировала воинскую доблесть и высокую выучку партизан, их искусство ведения скоординированных боевых действий в ночных условиях. В ходе этой операции были разгромлены немецко-полицейские гарнизоны в Котовщине, Сокорове, Бочейкове, Фролковичах и других населенных пунктах.

Хочется отметить мастерски проведенный бой бригадой имени П. К. Пономаренко в Бочейкове, что на шоссе Лепель — Витебск. Здесь стоял довольно крупный вражеский гарнизон, охранявший дорогу и имевший большое значение мост через реку Улла. В четырехчасовом бою, которым руководили командир бригады Н. В. Уткин и комиссар М. А. Тябут, партизаны убили и ранили 70 гитлеровцев, шестерых взяли в плен, уничтожили 6 огневых точек, бензосклад и до двух тонн горючего, три трактора, три автомашины, авторемонтную мастерскую, склад с боеприпасами, склад с сельхозмашинами, до 200 велосипедов, три склада с продовольствием и фуражом, маслозавод, животноводческую базу, где находилось свыше 400 голов скота, узел связи, пять казарм и захватили большие трофеи.

Изумила всех дерзкая операция, проведенная в эту же ночь отрядом имени М. В. Фрунзе бригады имени В. И. Чапаева на фролковичском мосту. Этот мост через ту же реку Улла стоит на шоссе Улла — Лепель. По этому шоссе шли военные грузы на левый фланг 3-й немецкой танковой армии.

Накануне в районе фролковичского моста побывала партизанская разведка. Она выяснила, что мост охраняется надежно. По обе стороны — бункеры и дзоты, подходы прикрыты проволочными заграждениями, минированы. Местность, особенно с левого берега, хорошо пристреляна. Атакой в лоб гарнизон не взять, одновременно все огневые точки не подавить. И командование бригады пришло к выводу — атаковать можно только со стороны расположенного рядом местечка Улла, где стоит крупный немецкий гарнизон. Для этого надо ночью форсировать реку в нескольких километрах ниже моста и подойти к нему скрытно.

В два часа ночи 25 июля началась переправа через реку. Она длилась часа полтора. Затем отряд выстроился цепочкой и стал пробираться лесом. Хотя все было продумано до мелочей, случилось так, что санитары отряда в лесной чаще заплутали и шедшие за ними подрывники с толом отстали. Близость цели требовала сохранения строжайшей маскировки, световые и звуковые сигналы были запрещены. Тогда командир группы подрывников принял решение двигаться вперед, выдерживая примерное направление, а когда начнется бой, — достичь моста броском.

На мосту и в деревне бой вспыхнул почти одновременно. Штурмовавшая группа с ходу ворвалась в расположение охраны моста, подавила ближние огневые точки. Но из караульного помещения и дзота с левого берега реки продолжали вести интенсивный огонь. Несколько атак на них успеха не имели. Появились убитые и раненые. Погибли начальник штаба отряда лейтенант В. В. Филатов, командир взвода Ф. П. Помазанов, бойцы А. В. Белоусов, И. И. Шерстнев.

В деревне Фролковичи, где 3-й взвод завязал бой с полицией и рассеял ее, вспыхнул пожар. Он осветил все вокруг, чем ухудшил действия на мосту. Попытки взять его штурмом и, как предусматривалось планом операции, перейти на левый берег ни к чему не привели. Создалось критическое положение. Отсутствие подрывников грозило полным срывом операции. Командир приказал отходить…

Отряда уже не было у моста, когда к нему подбежали подрывники. С левого берега гитлеровцы продолжали вести интенсивный огонь. Как же взорвать мост? И подрывники пошли на большой риск. Они начали минировать под огнем противника, который с минуты на минуту мог обнаружить отсутствие основных сил отряда и схватить смельчаков. Взрывчатку удалось подвязать к основным сваям моста в четырех местах и при отходе поджечь бикфордов шнур.

Не успели подрывники отойти, как услышали гул моторов. Машины или танки? Надо спешить. Но огонь крупнокалиберного пулемета прижимает к земле. Одного партизана ранило, просит о помощи. Ушедшие вперед перебежками возвратились, подхватили раненого и по густой ржи понесли к опушке леса. И тут грохнул большой силы взрыв. Мост взлетел на воздух.

[2] ЦГАОР БССР, ф. 370, on. 1, д. 1880, лл. 42–58.

[3] ЦГАОР БССР, ф. 370, оп. 1, д. 1880, лл. 42–58.