Дембельский аккорд 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И чего они из своих пушек не стреляли? — поражался Гарин. — Хоть какая-то подмога была б… По ним пару раз из гранатометов влупили, но чехи, слава Богу, промахнулись… А их автоматчики всё долбят и долбят… С крыш и изнутри блокпоста!.. Отовсюду!.. Но тут наши самоходки уже начали стрелять… Выручили…

Все самоходные гаубицы бригады дружно «заработали по квадратам», обозначенным по сельской окраине… Огонь вёлся беглый и снарядов никто не жалел… Благодаря этой поддержке, разведчики смогли подобрать тело начальника разведки и даже прихватить трофейное оружие… Лежавшее у трупов убитых ими боевиков…

— Восемь автоматов взяли! Молодцы! — восхищался Засада. — Это же неплохо…

— У тебя что? Совсем уже?… — не сдержавшись, огорчённый Иваныч даже покрутил пальцем у виска.

Я тоже придерживался другого мнения, то есть очень отличающегося от точки зрения Гарина… И резко осуждающего всю эту никому не нужную авантюру…

— Ну, застрелили они восемь колхозников… Хотя среди них и раненые могут быть… То есть убитых меньше! Ну, взяли восемь духовских автоматов… а с нашей-то стороны? Убит начальник разведки бригады! И один связист! Оба наповал!.. А раненых у нас сколько?

— Шесть человек. — ответил невозмутимо Стас. — Пять средних и один тяжёлый. Граната из подствольника попала прямо в грудь! ВОГ-двадцать пять. Но ему повезло! Нагрудник спас! С магазинами… Но осколками с лица всё мясо содрало…

Меня аж передёрнуло… Этим летом я уже видел, что представляет собой челюстно-лицевые кости… С которых близким взрывом сорвало все мягкие ткани…

Но не только я один воспринял эту страшную человеческую участь очень близко к сердцу… Вроде бы и посторонний для нас боец, но по большому-то счёту он всё-таки был наш…

— Охренеть! — воскликнул командир роты. Если он выживет… Как ему потом жить?

— Пластические операции сделает. — сразу же выкрутился Гарин. — Медицина у нас сейчас почти всё умеет делать…

На такую его беспардонность и безразличие никто не нашёл чем ответить. Поэтому в нашей палатке возникла гнетущая тишина… В печке громко затрещали сырые дрова и этот обычный вроде бы звук возвратил нас всех к реальности…

— Я как-то видел одного парня-афганца… — сказал я отстранённым тоном. — С пластмассовым протезом вместо носа… Ничего страшного… На первый взгляд… Но…

— Э-э-эх!

Вот так… Только и оставалось нам лишь тяжело вздыхать по поводу всего случившегося… Погибших уже было не воскресить… Раненым былого здоровья не вернуть… Да и из памяти такое уже ничем не вытравить…

Не знаю, как чувствовали себя другие командиры… Но лично меня уже мучали угрызения совести. Ведь это именно я отказался от плана начальника разведки по внезапному нападению на вражеский блокпост. Ведь это именно мне пришла идея тронуться в обратный путь самыми первыми… Ведь это именно я подгонял и подгонял своего механика-водителя Краснова, чтобы тот не снижал скорости и тем самым не давал остальным БМПешкам ни одного шанса обогнать нашу головную броню…

«Да и на остановке у первого пехотного блокпоста… — думал я. — Тогда мне нужно было по-настоящему переговорить с начальником разведки и всерьёз предложить ему разработать другой план!.. Ну, чтобы напасть на духовский блокпост ночью после внезапного артналёта. Может быть он тогда бы и передумал… То есть отказался бы от этого своего плана! А вот по поводу устроенных гонок по трассе… Где гарантия на то, что начальник разведки спокойненько проехал бы всеми тремя своими БМПешками мимо чеченского блокпоста?!.. Да ещё и с двумя спецназовскими БМПешками сзади!?»

Увы… Но такой гарантии не было!.. Причём, её не было ни сегодняшним днём, когда мы только-только собирались в обратный путь… И тем более сейчас!.. Когда всё непредвиденное и безвозвратное уже произошло.

«Ведь в случае внезапного нападения пехотных разведчиков на этот блокпост, причём без какого-либо согласования с нами!.. То тогда на нашу спецназовскую долю выпадало всего лишь два варианта: либо поддержать своих боевых товарищей и тем самым подвергнуться неоправданному риску… Тем более с молодыми солдатами на борту!.. Либо же повернув налево в поле попытаться проехать мимо и тем самым стать позорными свидетелями героического подвига простой пехоты… То есть фактически предателями!.. Трусливо сбежавшими с поля боя…»

Нет!.. Второй вариант исключался однозначно и категорично! И мы все вступили бы в это внезапное боестолкновение… Даже невзирая на то, что нашего на то согласия вообще никто не спрашивал! Даже несмотря на то, что все наши БМПешки попросту остановились бы на трассе… Поневоле превратившись в очень хорошие мишени… Мы бы тогда просто ввязались в эту перестрелку… Сперва с уцелевшими боевиками, укрывшимися за бетонными стенами своего блокпоста… А затем уже и с остальными чеченцами, сбежавшимися к нам по тревоге со всех домов этих Старых Атагов… А уж потом в бой вступили бы жители и Новых Атагов… Успешно переправившиеся через реку Аргун и затем прибежавшие вприпрыжку выручать своих односельчан.

«Если бы все мы… Если к тому моменту мы ещё были бы живы! И майор Пуданов, и Гарин с Волженко… И Молоканов с Бычковым… И оба механика с двумя наводчиками… И все мои молодые солдаты… Вместе со мной!»

Эта проклятая война никому из нас не простила бы никаких необдуманно совершённых ошибок. Вернее… Эта распроклятая война была бы только рада… Если бы сегодняшний день сложился бы у нас «как-нибудь» по другому! То есть если бы сегодняшним вечером людские потери Российской Армии оказались намного больше.

«И за свои персональные ошибки мне бы пришлось заплатить жизнями своих солдат!.. И в первую очередь — своею собственной… Жизнью!»

Таким был непреложный Закон войны! И этот Закон был одинаково безжалостен к любому командиру или военачальнику! Причём, таким этот Закон был практически на любой войне. Как бы её ни называли хитроумные политики!

«И кто знает?!.. Где бы сейчас находились мои подчинённые, да и я сам лично?!.. Если бы сегодня днём я не сделал то, что я и сделал? Что я в общем-то и должен был… То есть… Всего-то навсего я сделал три вещи: отказался от явно спонтанного и потому необдуманного плана начальника разведки, потом приказал Краснову тронуться в путь самыми первыми… Ну, и не дал пехоте нас обогнать!.. Вот и всё!.. Всего три вещи… Хотя…»

Тут мои думы развернулись в другом направлении.

«А может?.. Да нет!.. Наверное… А может быть эти мои три вещи… Может быть именно они и оказались теми тремя последними каплями?! Которые и переполнили чашу терпения в душе товарища майора?.. Вот терпел он, терпел все эти пакости чеченской войны… А сегодня взял, да и решился на такой поступок… Как говорится, поставить всё на карту!.. А дальше: пан или пропал!.. Хотя… Нет! Не такой он был человек! То есть неспособный на такое проявление эмоций! Это был человек-кремень!»

Товарищ майор действительно был Человеком с большой буквы. Возможно он не привык менять разработанные им планы или аннулировать свои же собственные решения. Наверное на все неизвестные мне нюансы сегодняшнего дня могли пролить свет те офицеры, которые сопровождали эНэРа с раннего утра и до того самого боестолкновения. Если они конечно же не были тяжело ранены… То от них можно было бы узнать многое из сегодняшних планов погибшего майора разведки.

«Дай-то Бог! Если с ними будет всё в порядке!.. Может быть он ещё с первого блокпоста смог связаться с начальником артиллерии бригады?! Как говорится, на всякий пожарный… Мол, побудь наготове, пожалуйста!.. В такой-то промежуток времени… Просто побудь!.. А я по приезду всё объясню! Или что-то подобное. Ведь Стас говорил, что начальник артиллерии в это время сидел в штабе бригады у радиостанции. Что в общем-то не входит в его обязанности!.. Хотя… Не знаю! Не знаю пока что ничего!.. И всё!»

Покойный начальник разведки всё-таки осуществил свою задумку… Но слишком дорогой ценой… Вся эта военная операция была проведена только лишь по его собственной инициативе… командование 166-ой мотострелковой бригады никогда бы не пошло на такую безрассудную и рискованную операцию… Которая не была обоснована хоть какой-либо военной необходимостью или тактическими интересами… Не говоря уж про стратегические цели и задачи… Село Новые Атаги как было вражеским, таким оно и осталось после этой «операции»… А уничтоженные боевики и восемь захваченных автоматов являлись очень слабым утешением для тех, кто вообще мог бы этим довольствоваться…