Халдан сунул голову в пасть льва. Все, кто сидел в зале и чьи симпатии были на стороне юноши, громко вздохнули, заметив эту ошибку.
Моряк широко расставил ноги для большей устойчивости и начал притягивать юношу к огромной груди, чтобы раздавить в железном объятии. Но в планы Халдана не входило быть раздавленным.
Он с силой ударил коленом вверх.
Вайтвотер рявкнул на несколько децибел громче прежнего, отпустил Халдана и схватился за пах. Юноша ребром ладони врезал ему по шее, и Вайтвотер как подкошенный рухнул на пол, задрожавший под его тяжестью.
Моряк скорчился и, держась за ушибленное место, застонал:
— Бросай платок… платок…
Халдан никогда прежде не встречал такого выражения.
Он обошел поверженного противника, который упал на правый бок, предоставив юноше возможность для удара ногой в подбородок. Халдан аккуратно нацелился носком сапога, готовясь нанести смертельный удар, в то время как Галапов играл «Добрые старые времена», а толпа в зале скандировала: «Оле! Оле!».
— Остановитесь, Халдан!
Это был властный приказ специалиста. Годами воспитываемая привычка к дисциплине заставила юношу замереть.
На залитую кровью площадку для танцев вышел Хагуд.
— Когда кто-нибудь просит платок, он признает свое поражение.
— Простите, — сказал Халдан. — Я не знал здешних обычаев.
— Вставай, Джонс. Мне надо осмотреть твой рот.
Моряк медленно встал на одно колено и с трудом поднялся, безропотно открывая рот.
— У тебя рассечена губа, а этот зуб едва держится. Иди домой и проспись. Завтра в десять я загляну к тебе.
Мотая головой и что-то бормоча себе под нос, полуконь, полуаллигатор неуверенно заковылял к задним дверям, ведущим на улицу.
— Похоже, вы быстро адаптируетесь у нас.
Хагуд взял юношу под руку и проводил обратно к столику.
Халдана немного трясло, но не от напряжения, вызванного дракой.
Значит, присяжные на Земле не ошиблись в своей оценке. Под тонкой оболочкой цивилизованности дремал необузданный дикарь, который сегодня порвался наружу. Он испытал радость оттого, что освободился от тормозов и мог дать выход скопившейся ярости. Он был готов убить Вайтвотера и сделал бы это с удовольствием.
Как только юноша сел за столик, Хиликс спросила ледяным тоном:
— Это было так необходимо?
— После сна я очень раздражителен.
— Бедняга только хотел потанцевать со мной. Согласна, его поведение выглядело несколько грубоватым, но в том, что он говорил, была какая-то поэзия.
— Только хотел потанцевать с тобой?! — Халдан взглянул на девушку с недоверием. — Не будь наивной! Если тебя так захватила его поэзия, я готов хоть сейчас приволочь тебе этого мерзавца. Можешь провести брачную ночь с ним!
— Да, вы наверняка быстро приспособитесь к нашим условиям, — с непонятной грустью проговорил Хагуд.
— Что-то ты слишком агрессивный!
В голосе Хиликс звучал упрек, но в глазах светилось удивление и блеск, напоминающий его собственный дикий взгляд. Это она, а не он приспособилась к Аду так быстро, словно родилась здесь.
— Доктор Хагуд, вы, наверное, устали и хотите вернуться к жене и двенадцати детям, из которых к тому же восемь ваших. Так что мы с Хиликс просим извинить нас и отправляемся спать.