Огни притона: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вошел Валера в одних плавках, искоса глянул и стал рыться в шкафчике:

— Где у нее эти чертовы маковки…

— Валера, — поморщилась Люба, — я тебя умоляю, быстрее…

— Та сейчас. Только оденусь. Сдались ей эти маковки!

Когда Валера вышел, Аркаша выплеснул чай в раковину, быстро налил себе коньяку и выпил. Нога его дрожала, пятка выбивала об пол частую дробь.

— Ну вот, какие глупости, — укоризненно пропела Люба, — кушай лучше повидло.

Аркаша рывком поднялся со стула, подскочил к Любе и стал слюнить ей плечо.

— Ай-ай-ай, — настоящие вундеркинды так себя не ведут, — увещевала Люба, мягко откидывая голову Аркаши, — ну что, что особенного, это сиська, как у мамы…

У Аркаши, казалось, выросла третья рука, четвертая, пятая. Люба резко встала.

— Вот что, кореш, — другим голосом сказала она и налила полчашки коньяку. — А ну-ка выпей.

Аркаша решительно выпил и тут же, как по команде, обмяк.

— Молодая, — лепетал он — с чувственным оскалом… я с тобой не нежен и не груб…

Вошедший Валера, увидев эту сцену, захохотал, откупорил бутылку виски.

— Давай, Любаня. Извини. Зачем ты его напоила?

— Так ведь сладу нет, — нахмурилась Люба, отпивая глоток, — нет, не буду, башка трещит. А Зигота опять спит?

— Ну да, если доела маковку.

— Ты сказал, вы с одного двора, — кивнула Люба на потухшего мальчика, — так довези его до квартиры.

— Ну да, — улыбнулся Валера, — сдать папаше на руки? Так это туши свет, бей по выключателю. Я лучше прислоню его к двери, позвоню и слиняю, как последний пацан.

— А что у него за папаша?

— Прокурор Воднотранспортного района, ни больше, ни меньше. Железный большевик!

— А как его фамилия?

— Заславский, Роман Борисович.

— Понятно, — кивнула Люба и глянула на мальчика. — Между прочим, совсем не похож. На такси дать?

— Обижаешь, Любаня.

Валера подошел к Аркаше и поднял его за ворот рубашки.

— Пошли, прокурорыш. Сделай тете Любе ручкой.

— Ой, не надо, уже пытался, — морщась, засмеялась Люба.

За завтраком Гитлерша ласково глянула в глаза и попросила:

— Мама Люба, пусти в свободное плавание. На две недели.

— Куда это?