КНИГА ВТОРАЯ
Начало
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Вексфорд-Холл
Вексфорд-Холл оказался длинным белым мраморным домом в викторианском стиле, украшенным черными ставнями, остроконечной крышей и башенками, величественный и гордый, будто принадлежал королю. По-зимнему мертвые лужайки были такими аккуратными, как будто их подстригли ножницы парикмахера, а мощные дубы выстроились вдоль дороги словно папская гвардия. Рядом с домом располагались конюшни, ангар, два теннисных корта, большая площадка; над дверью большого старомодного гаража красовался баскетбольный щит, кроме того внимание привлекали огромная веранда, качели, кресла и столики. Неуместной деталью казались сделанные из старой покрышки качели, они свисали с дуба перед самым домом. Слой земли свидетельствовал, что ими часть пользовались. Проходя мимо, мы могли видеть за домом лужайки, которые постепенно исчезали в тихой долине, где батальоны лишенных листвы деревьев «маршировали» до следующей линии холмов.
Сразу за домом находились огромный, пустой плавательный бассейн и большой манеж, где тихо катались молодая женщина и дети. Еще одна всадница галопом приближалась к дому из лощины. Они пригнулась к шее лошади и направлялась к серии барьеров, тянувшихся от конца гаража в открытое поле.
— О-оо, как она ездит! — восторженно произнес Джош.
Всадница грациозно перелетела через первое препятствие, потом через второе и третье, пока не исчезла за гаражом.
— Кто бы она ни была, она чудесная наездница. Да и какой конь под ней! — отметил Джош.
— Может, у тебя будет возможность поездить верхом, — сказал я.
— Когда вспомнишь, как я, бывало, ездил… — вздохнул Джош.
— Насколько я помню, было время, когда ты каждое воскресенье занимался верховой ездой.
— Это только потому, что особенность дочери сенатора заключалась в любви к верховой езде, — быстро ответил Джош, когда к нам по ступенькам сбежал улыбающийся негр в белой куртке, чтобы проводить в дом.
Мое постоянное впечатление от Вексфорда — это сверкающие паркетные полы, цветы, мебель в солнечных бликах, мягкие женские голоса и молодежь. Молодые люди, казалось, были везде, смеющиеся, торопящиеся, спорящие. Группа молодых мужчин и женщин расположилась на веранде, кто стоя, кто сидя, стараясь перекричать вопли дикой, резкой музыки, которую, похоже, обожает нынешняя молодежь. Потом в своем кресле выехал сенатор Шеннон, протянув нам руку. Как я всегда потом вспоминал, здесь в Вексфорде-Холле он был мягче, чем когда-либо.
— Рад вас видеть, Маккул, — произнес он. — Добро пожаловать в Вексфорд-Холл, Майклз.
У меня было странное чувство, будто мы попали во времена, предшествующие Гражданской войне, и хозяин всего обозримого приглашает гостей добрым словом к сладким напиткам, в то время как негры поют в сумерках. Должно быть, у Джоша было то же чувство, так как он похвалил красивый старинный дом как один из тех, что не часто теперь встретишь.
— Он будет стоять здесь, покуда живы Шенноны, — ответил старик, и я ему поверил. — Давайте я вас познакомлю с семьей, — начал он, потом воскликнул: — А, вот и Келли!
Келли спешил к нам через огромный холл. Он был одет в спортивные брюки, потертый свитер и теннисные туфли. Его лицо раскраснелось, глаза сверкали. Он представлял собой совершенный образец здорового молодого человека.
— Мы с Люком только что сбегали к Молли, — объяснил он отцу. — Он повез ее на встречу исторического общества.
Он повернулся к нам:
— Финн, я очень рад снова с вами встретиться. И с Джошем. Добро пожаловать в Вексфорд.
— Я только что говорил сенатору, что этот дом очень красив, — произнес Джош.
— Когда мы подъезжали к дому, то видели молодую леди, которая чудесно ездила верхом, — сказал я.
— Это Лейси, — ответил Келли. — Она все утро занималась со своим упрямцем. А моя жена и дети катались в манеже.
— Вы держите много лошадей? — поинтересовался Джош.
— Сейчас только пять, — ответил Келли. — Четыре скакуна и один рысак на короткие дистанции. Вы ездите верхом, Джош?
— Последние два года у меня не часто выпадал случай.
— Давай сначала познакомим их с семьей, — сказал сенатор, — а потом дай им что-нибудь выпить.
По всему дому были выстроены пандусы, и мы последовали за сенатором вниз к шумной солнечной веранде.
— Не стоит стараться знакомить вас с каждым в отдельности, — заявил нам Келли. — Все они Шенноны, так или иначе, — он сложил ладони рупором и крикнул: — Это Финн Маккул и Джош Майклз. Они знают о политике все, что только можно.
— Здорово! — крикнул высокий, рыжеволосый парень. — Идите сюда, присоединяйтесь к нашему спору.
— Позже, — ответил Келли. — Где остальные?