— Сондерс будет вызван?
— А Америкус? Вы вызовите его, конгрессмен?
Келли повернулся и что-то сказал. Потом я увидел, как к Келли бросился Так Ларсен и заставил его остановиться. Он что-то сказал Келли, который повернулся и отпихнул его. Ларсен споткнулся о кабель и налетел на другого репортера. Оба повалились на стулья. Это было скорее смешно, чем серьезно. Когда они поднялись, Келли, Граймес и все остальные вышли, но телеоператоры, которые снимают все, помчались за взбешенным Ларсеном, выскочившим в коридор.
Через пару секунд появились Джош и Лютер.
— Какого черта он пихнул Ларсена? — требовательно спросил Джош.
— Не знаю, но если я хоть немного знаю Ларсена, это была его обычная злая выходка. Но вы откуда знаете, что Келли толкнул его?
— Увидели по телевизору, — ответил Джош. — Господи, это к добру не приведет!
Он указал на Джоунса, окруженного репортерами, который выкрикивал ответы на вопросы, в то время как телерепортеры карабкались через головы коллег с микрофонами и вспышками.
— Я хочу, чтоб он был там. А он позволил этому старому ублюдку стащить все шоу.
— Похоже, Граймесу было очень плохо, — заметил Лютер.
— Конечно. Но о нем мог позаботиться служитель, — выпалил Джош. — Сисси! У тебя есть время?
Сисси шла через комнату, сравнивая свои записи с записями других репортеров, и сразу поспешила к нам.
— Похоже, у вас неприятности, — заметила она. — Но что с Келли Шенноном? Он чуть было не врезал Ларсену в коридоре. — Она хмыкнула. — Нельзя сказать, что я против, вы же понимаете. Что касается меня, я бы объявила открытый сезон охоты на Ларсена круглый год. Но я думала, Шеннон даст нам хорошее…
— Я тоже об этом думал, — мрачно заметил Джош. — Чего ради он связался с Ларсеном?
— Ларсен спросил его о Джентайле, и ваш парнишка ответил, что у него нет данных о недостойном поведении Джентайла. И тогда Ларсен заявил, что все это смахивает на типичное для Шеннонов попрание справедливости. Келли двинулся к нему, но его брат встал между ними. Никаких кулачных схваток, никаких нокдаунов. Но по телевидению это выглядело шикарно. И это станет главной новостью в шесть и в одиннадцать вечера. — Потом, понизив голос, она спросила Джоша: — Есть что-нибудь, что я должна знать?
Джош колебался, и она быстро сообщила:
— Я приглашена на передачу «Национальная сцена». Они дадут мне пятнадцать минут. В восемь. Лучшее время, парень, на всю страну.
— И никаких шуток о Ларсене?
— Я хочу эксклюзивную информацию, Джош, чепуха меня не интересует.
Он кивнул.
— О'кей. Ты можешь намекнуть, что в некоторых делах использовались девушки по вызову. По крайней мере одна будет вызвана в комитет вместе со своей мадам.
— Из Нью-Йорка? Или Лос-Анджелеса?
— Из Нью-Йорка. Они работали в шикарном заведении в Вест-Сайде. Со всеми атрибутами: плети, цепи, зеркала.
Она лихорадочно записывала.
— Они использовались для улаживания дел?
— Точно.
— Ремингтоном?
Он хлопнул ее по спине.
— Ну еще немножко, — взмолилась она.
— Ты можешь сказать, что один из главных деятелей в улаживании дел использовал проститутку, чтобы облегчить путь, когда они занимались крупными делами. Теперь все.