— Если нет орбитальной башни, нам придется приземляться непосредственно на саму планету. Это же очевидно, — тут его поразила нехорошая догадка, — Не намекаешь ли ты, что этот корабль вообще не приспособлен для посадок на планеты?
— Нет, почему. Пожалуй, мы сможем это сделать.
— «Пожалуй»? «Пожалуй»?! Как это понимать?
Лавина символов и слов на языке Ав побежала по дисплею. Читая, Лафиэль улыбнулась:
— Корабль думает, что это возможно.
— Ты хочешь сказать, что сама даже не задумывалась об этом?
Лафиэль покраснела.
— Тогда какого черта мы так спешим? — спросил он.
— Я думала, мы примем участие в сражении, — сказала Лафиэль.
— Да ведь у нас даже нет оружия!
— Я не говорю, что это идеальное решение, но всегда есть место для импровизации. Мы же победили барона, помнишь? Прямо сейчас мы уже отвлекли на себя три вражеских военных корабля. Это чего-то стоит, согласись?
— Может, и так, и все равно, по-моему, ты — форменная самоубийца!
Лафиэль отвела взгляд.
— С другой стороны, пожалуй, это могло быть слишком поспешное решение. Наверное, сперва мне следовало посоветоваться с тобой.
— «Посоветоваться»… — поток ярости захлестнул Джинто, вытеснив все прочие чувства и мысли, — Идиотка!
Инстинктивный гнев вспыхнул в глазах Лафиэль, однако быстро уступил место стыду.
— Поскольку я сожалею о том, что привела тебя прямиком в битву, в которой почти нет шансов на победу, я не стану сердиться из-за того, что ты сейчас сказал. Я была неправа, не придавая достаточного значения твоей жизни, и я признаю это.
— Да плевать на мою жизнь! — возмутился Джинто, — Ну, то есть, не плевать, конечно, но сейчас я говорю не о себе, а о тебе! Свою жизнь ты вообще не ценишь?
Теперь Лафиэль уже не отводила сердитого взгляда от его лица.
— Я уже сказала, что приношу свои извинения, Джинто. Я привела тебя в безнадежную битву, и за это ты можешь оскорблять меня, как хочешь.
— Э… — смутился Джинто, — Ты правда ожидаешь, что я теперь в отместку начну тебя оскорблять?
Лафиэль не подала вида, что расслышала его слова.
— Однако ты не имеешь никакого права спорить со мной о моей жизни. Тебя это не касается!
— Ага, не касается, — согласился Джинто, — Но говорить я буду о том, о чем захочу! Мне просто хотелось бы, чтобы ты немного подольше прожила на этом свете, Лафиэль, что в этом плохого? Ведь Ав могут жить так долго, почему же ты так спешишь умереть?
— Я вовсе не спешу умирать!
— Это заметно! Не ты ли говорила, что вступаешь в бой, только когда его нельзя избежать? Это была ложь, или что?
— Но этот бой уже начался. Вся планета — поле битвы, Джинто. Когда солдат оказался на поле боя, он сражается. Вот и вся история.
— Ну и прекрасно! — огрызнулся он, — Если тебе не терпится залезть в пекло, пожалуйста. Кто я такой, чтобы взывать к разуму принцессы Империи? Но я пока еще не военный офицер, так что, может быть, сначала высадишь меня?
— Охотно! Мне же будет легче, все равно от тебя никакой пользы! — выкрикнула девушка.
— Ох, ты, и кто бы говорил! Как ты собираешься воевать с врагами на этом крошечном хрупком кораблике?