В бою обретешь ты право свое (год 1904): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Не парьтесь мужики, есть такое понятие - военная тайна и к нарушителю ее отношение неоднозначное, кхм, в военное время - смерть.

Больше вопросов, почему-то не было.

Разговор на палубе трофейного миноносца "Усугомо"

15 марта 1904 года 11-35.

- Нил Власьич, а Нил Власьич, - молоденький матрос скрутил самокрутку, - а кто они такие то? Чудные какие, и не простые и не благородные, быдто с неба откуда упали.

- Цыц, Васятка! Дай сюды - кондуктор забрал у матросика самокрутку, - молод еще, курить-то. Ты Васятка много языком не трепи, дело тут тайное, греха не оберешься. Только чую я, убивцы это... Видал как он того японцу с саблей-то... Как он с ножичком на саблю пошел, я уж думал, все конец рабу божьему... Ан нет! Видано ли это, с ножиком на саблю, да так ловко. И кольнул то его чуть, лишь чтоб их благородия узкоглазые сомлели. Приказ нам, Васятка, вышел, чтоб японских благородий живьем брать, так он и взял его, живьем. А глаза у его таки были бешеные, бешеные и зубы оскалил быдто тигра. Мне их благородие лейтенант Сойманов, дай бог ему здоровья, сказали, что они в Америке долго были, наукам обучались. И потому зовут их так чудно: Серж, Дик, Брюс. Знаю я эти науки, душегубство одно. Тыщща и один способ лишения живота. Только, чего не говори, морского звания они, по палубе и трапам сухопутный так бегать не смогет. И мундир ихний с нашим схож, и тельняшка-душа тож видна. Не, Васятка, тайное дело, оно тайное и не след нам соваться в него со своими мыслями. Ты это, вьюнош, за буксирным концом лучше следи, а то перетрется, оборвется, и будем болтаться, как что-то в проруби.

15 марта 1904 года 16-35 по местному времени.

Между Артуром и островами Эллиот.

Мостик БПК "Адмирал Трибуц"

Степан Осипович Макаров

Сергей Сергеевич Карпенко

Александр Петрович Агапеев

Павел Павлович Одинцов

Эскадра идет в Артур, идет с победой и трофеями, как войско, какого-нибудь князя Владимира Мономаха, погромившее в степи половецкое кочевье. И полон тоже везем, как же без него...

- Сергей Сергеевич! Это приказ! С сего дня, вы просто номер 564, а завтра я пошлю из Порт-Артура телеграмму Его Императорскому Величеству, запросом о новом наименовании корабля. Александр Петрович прав, извольте поддержать столь удобную для маскировки легенду. Сами же понимаете, что ваш "Трибуц" в ворота не лезет ни каким боком. Тайну вашу, во всей ее полноте, знать будут лишь пятеро: мы с полковником Агапеевым, Великие князья Александр Михайлович и Михаил Александрович, да сам Государь. Размахивать же этой тайной перед носом у каждого встречного, невместно. Все, разговор окончен.

- Слушаюсь, Степан Осипович, только что бы все было, как положено...

- Все и будет, как положено, Сергей Сергеевич: и приказ по Флоту о зачислении в строй, и батюшка с молебном, и бутылка шампанского...

- Степан Осипович, есть предложение. Мы тут с господином Одинцовым подумали, он со своей колокольни, я со своей. И мы предлагаем план разгрома эскадры Камимуры, и объединения с Владивостокским отрядом...

- Ну-ка, Сергей Сергеевич, интересно? - Макаров глянул на карту, - слушаю вас?

- Степан Осипович, эскадра вице-адмирала Того, лучшие силы японского флота, уничтожена. Но у нас небоеспособны четыре броненосца из семи. Мы привели в Артур морской буксир МБ-37, с опытным в спасении и ремонте судов экипажем. Капитан-лейтенант Перепелица первоклассный специалист. В то же время, в Артуре, вполне боеспособны крейсера: "Баян", "Аскольд" и "Новик", а во Владивостоке: "Рюрик", "Россия", "Громобой", "Богатырь". Мы предлагаем, как говорили в наше время "развести" Камимуру. То есть, внушив ему правдивые на первый взгляд, но ложные по сути сведения поставить его и его флот в абсолютно невыгодное положение. Вот, смотрите... Выйдем мы в рейд 17-го. 18-го вы отправите во Владивосток депешу, о выходе Владивостокской эскадры 19-го и соединения ее 21-го в районе Цусимы. Шпионы конечно телеграмму перехватят, и Камимура попытается перехватить Владивостокскую эскадру 20-го, примерно вот здесь, в Корейском проливе. А мы, просочившись в ночь с 19-го на 20-е, в этот квадрат по соседству с засадой Камимуры, притушим котлы и будем ждать, пока японцы не обнаружат крейсера Владивостокского отряда. Ну а потом... гляньте-ка вниз, тут восемь пусковых установок ракет "Раструб-Б" Четыре штуки я пожертвую броненосным крейсерам Камимуры. Конечно, от них они не утонут, как броненосцы Того от 533 миллиметровых торпед, но хода лишатся полностью. Эти торпеды сами наводятся на винты кораблей. Ну а потом у Камимуры на ходу останутся только четыре легких "собачки", крейсера III ранга: "Нанива", "Акаси", "Такачихо", "Нийитака". У нас, против них будет шесть крейсеров первого ранга и один второго. Чтобы сбить их прыть, опять применим "Кинжалы", по две штуки на корабль, это те ракеты, которыми мы ночью стреляли по бронепалубникам Дэвы. Тут противник рангом меньше, а, значит, и последствия будут для него тяжелее. Сначала перетопим "собачек", потом, по одному, броненосные крейсера. И никакой Катаока им на помощь не придет, потому, как у нас есть средства мешать радиосвязи. Ну а потом, вместе с крейсерами Владивостокской эскадры, вернемся в Артур.

- Степан Осипович, - Пал Палыч постучал по карте, это была военно-морская часть. с политической точки зрения важно изолировать Японию от ее союзников Англии и САСШ. Пока вы восстанавливаете броненосцы, наши крейсера должны совершенно прервать японскую торговлю. Блокада южных и западных японских морских коммуникаций непременное условие победоносного завершения войны. Ну и потом, всегда приятно сделать гадость нашим заклятым "друзьям" англичанам, ведь топить и захватывать мы будем их пароходы.

- Тем более что, сидящий в Цусиме Катаока, со своим "Смешным флотом" никак не сможет помешать нашей блокаде, - Карпенко усмехнулся, - а вступят в строй "Ниссин" и "Кассуга", найдем и утопим.

- Приличное поведение Англии Россия сможет обеспечить концентрацией войск в районе Ашхабада. Их ахиллесова пята - Индия, при угрозе вторжения наших армий через Афганистан они будут вести себя тише травы, ниже воды. Тем более что тамошний вице-король уверен, что стоит нашим солдатам сверкнуть штыками на Хайберском перевале, вся Индия, от раджей до нищих, поднимется в восстании страшнее сипайского. Это конечно прерогатива Государя, но раз сухопутных сражений в Манжурии не будет, почему бы и нет?

- Да, господа, планы у вас... - Макаров задумался, - но с помощью крейсера 1-го ранга 564, и Божьей Помощью, вполне осуществимые. Вы ведь уже свершили самое трудное, уничтожили сильнейшую часть японского флота - 1-ю эскадру господина Того. Теперь пришла очередь 2-й эскадры и господина Камимуры. Рассчитайте потребности материальных средств, необходимых для этого похода.

- Степан Осипович, - Пал Палыч с прищуром посмотрел на Макарова, - а кто будет командовать этой операцией. Только не говорите, что вы пойдете с нами, потому что тогда работы с ремонтом броненосцев встанут, и не поможет никакая чудо-техника. Без вас некому отбить идиотские выходки наместника Алексеева и провокации генерала Стесселя. Вы должны, нет, кроме вас некому, сделать 1-ю эскадру Тихоокеанского флота сильной как никогда...

- Да, Павел Павлович, умеете вы убеждать - адмирал Макаров тяжело вздохнул, - то, что вы сказали, имеет первоочередную важность, и никто кроме меня не в состоянии это сделать. А командиром сводного отряда крейсеров я назначу капитана первого ранга... Карпенко. Лучше него никто не выполнит его же план.

- Степан Осипович, - Карпенко посмотрел на адмирала Макарова, - могу вас утешить. На остающихся в Артуре, танкере и буксире есть мощные радиостанции, так что мы постоянно будем с вами на связи.

- И в том, Павел Павлович, что эскадра должна стать сильной как никогда, вы совершенно правы. Завершив ремонтные работы, мы сможем вывести в море бронированный кулак из семи броненосцев... - Макаров задумался, - Но с кем они будут сражаться? Не с "Смешным" же флотом господина Катаоки?

- Будет день, будет пища, Степан Осипович. - ответил Макарову Пал Палыч, - А мы сходим в Токио, навестить микадо в его логове. Вы же помните наш обычай кончать войну там, где она началась. И тогда господину Катаоке придется ложиться костьми, пытаясь остановить нас, а Японии подписывать не просто мир, но капитуляцию. Но об этом после, это еще слишком зыбко.

- А вы что молчите, Александр Петрович? - повернулся Макаров к Агапееву, - неужто вам нечего сказать?