— Ты что, оглох, — удивленно спросила я.
— Мест нет.
Гм. Нет, вообще-то все может быть, но не понято, почему тогда меня не хотят накормить.
— А жратвы у тебя тоже, небось нет? — поинтересовалась я.
На меня посмотрели два очень мутных и несчастных глаза человека, которого отрывают от очень важного дела по пустякам.
— Девка, — послышался голос сзади, — ну тебе же русским языком сказано, что мест нет, так что вали отседова.
Я оглянулась, и увидело местного вышибалу, так как у него был двухметровый рост, очень крепкое телосложение и отсутствовало штук пять передних зубов. С фирменно дебильным выражением лица этот боров пер на меня, видимо желая вышибить меня отсюда.
Я начала заводиться, нет, ну надо же было так испоганить такое хорошее с утра настроение. И если Рул специально решил мне отомстить за утреннюю шутку столь экстравагантным способом, то на своем кладбище он уже может подыскивать наиболее приглянувшуюся могилку, и слезно выпрашивать гроб у сторожа, так как я его в него закатаю, как только увижу.
А тем временем вышибала уже дошел до меня и попытался схватить за руку.
Все, я начинаю звереть.
Уже через минуту из трактира вылетел вышибала, за ним трактирщик и сверху по очереди все четыре мужика, решившие не вовремя и не за того вступиться. Я осталась стоять на пороге, с горящими глазами, стоящими дыбом волосами и жутко матерящаяся сквозь зубы.
Тихий смех справа заставил меня чуть остыть, оглянувшись я увидела Рола, который, как ни в чем небывало прислонился плечом к зданию и тихо ржал надо мной!
Грохнул гром сверкнула молния, где-то завыла собака.
Трактирщик взвыл, выкарабкался из-под груды тел, и пополз ко мне извиняться.
— Госпожа ведьма, госпожа ведьма, — орал он и аккуратно рвал на груди старую рубашку, — не губите, я пошутил, не лишайте детей папки, пожалейте сиротинушек, — трактирщик искренне пытался выжать скупую слезу, осторожно подползая все ближе к моим ногам.
Я протрезвела, смутилась и отошла назад, одновременно пытаясь пригладить стоящие дыбом волосы.
— А-а-а, э-э, — сообщила я, кося на Рола, который откровенно наслаждался концертом.
— Не надо, возопил мужик и грохнулся лбом об пол.
Мне стало стыдно и я кинулась его поднимать.
— Я это, ну чего вы, — пыхтела я, бегая вокруг трактирщика, и пытаясь его поднять, он оказался довольно тяжелым и у меня ничего не получалось.
— Я тоже пошутила, с кем не бывает, не переживайте вы так. Рол ты собираешься мне помогать, или нет, — возмутилась наконец я.
Рол, пожал плечами, подошел ко мне, мигом вздернул за шкирку вверх трактирщика и хлопнул того по плечу, от чего тот чуть опять не упал. А потом увел его в помещение.
С неба начал накапывать мелкий дождик, плавно переходящий в ливень, я задумчиво посмотрела на пять тел, сидящих в луже и испуганно глядящих на меня, махнула на них рукой и тоже ушла в трактир.
А в трактире было сухо и почти уютно. Трактирщик бегал между Ролом, уже сидящем за столиком у стены, и кухней, выставляя перед ним различные угощения и кувшины с вином. Я отчетливо скрипнула зубами и села рядом.
— И что все это означает?
На меня взглянули самые невинные глаза, я нахмурилась и цапнула со стола кусок мяса, всем своим видом показывая, что я жду.
Рол вздохнул и отхлебнул вина.
— В этот трактир, Лиса впускают не всех, а лишь тех, с кем знаком Вернон лично.
— Вернон это трактирщик?
— Да, не перебивай, — я честно постаралась возмутиться, но чуть не подавилась, и временно вынуждена была замолчать, — так вот, это заведение только для личных друзей Вернона, к которым отношусь и я. И тебе надо было, вместо того, чтобы устраивать здесь крупномасштабное побоище, просто сказать, что тебя прислал я.