Портартурцы: читать начало книги онлайн

— Надо сынимай, ходи не могу, а это вот ваша надевай.

Миша поставил около ног Вали пару дорожных ботинок.

— Что ты делаешь, что говоришь, я не пойму.

— Железная дорога ломай. Японцы Киньчжоу бери… Скорей, скорей! Моя лошака сюда таскай.

Мальчик убежал. Валя отворила дверь спальни. Серафима Прокопьевна спала.

— Мама, вставай, — сказала дочь и закашляла, чтобы не разрыдаться. — Нам ехать надо.

— Куда?

— Миша говорит — в Артур.

Со двора послышалось щелканье бича и стук колес.

— Неужели?! — воскликнула Серафима Прокопьевна.

— Да, мама. Китайцы не ошибутся. Одевайся, а я позвоню папе. Надень вот эти дорожные ботинки.

В банке шло совещание, и никто из участников его не знал о событиях, развернувшихся к вечеру тринадцатого мая. Когда Модест Владимирович приложил к уху трубку телефона, он побледнел, руки его затряслись.

— Да говори же толком, куда нужно сейчас ехать? В Артур? Василий скрылся, подводы уже во дворе, Миша привел?.. Ничего не пойму… Позиция сдана?.. Ерунда. Китайцы знают, говоришь? Сейчас бегу. — Инов повесил трубку и, обратившись к директору, сказал:

— У меня в квартире происходит что-то невероятное. Узнавайте официально, в чем дело, а я побегу.

— Обождите, Модест Владимирович. Раз говорят китайцы, то уж будьте любезны — дело серьезное. Я на всякий случай выдам аванс. Кто знает, куда и как мы попадем. Остальную наличность сдам градоначальнику или попрошу у него конвой.

Было 6 часов 30 минут вечера. Модест Владимирович увидел в передней своей квартиры чемоданы. Тут же стояла небольшая корзинка с провизией. Мать и дочь сидели в гостиной, одетые по-дорожному.

Серафима Прокопьевна упала на грудь мужу:

— Ехать скорее, ехать! Они знают.

— Кто — они?

— Да китайцы.

— Знать-то они знают. А серебро стянули… Остальные вещи все в порядке?

— Ты сам знаешь, что чемоданы еще не открывались с апреля, когда мы пытались выехать на север по железной дороге.

— А все они — сундуки и чемоданы?

Модест Владимирович выбежал в переднюю и вернулся оттуда с покрасневшим лицом:

— Сундука с меховыми вещами, в котором лежит твое соболье манто, нет.

Серафима Прокопьевна закусила губу и упала в кресло.

— Папа! — громко сказала Валя.

Инов виновато провел левой рукой за ухом:

— В самом деле, что это я? Гибнет город, а — я о каком-то манто шум поднял.

Инов решил взять на дорогу побольше консервов и вина. Он спустился в кухню, откуда был ход в погреб. На полу хрустела солома. Модест Владимирович зажег свечку. Кухонная посуда с полок исчезла, дверь в погреб была открыта, из подвала тянуло запахом коньяка. Опустившись вниз, Инов воскликнул: