Кроме 152-й и 195-й стрелковых дивизий, первыми также ворвались в Нижнеднепровск 20-я гвардейская стрелковая дивизия и 11-я танковая бригада. К 3 октября распоряжением Юго-Западного фронта 1-я гвардейская армия перешла к прочной обороне по левому берегу Днепра: Сугаковка, Нижнеднепровск, Любимовка, Вороново.
Командовал 1-й гвардейской армией в этот период генерал-лейтенант В. И. Кузнецов, он привел ее из-под Сталинграда, где она была сформирована в третий раз. Членом Военного совета армии был генерал-майор И. В. Васильев, начальником штаба — генерал-майор В. В. Панюков. 1-я гвардейская армия прошла славный боевой путь от Дона и Сталинграда до Праги, где и встретила День Победы. Тогда ею командовал генерал-полковник А. А. Гречко.
На землю Украины армия вступила одной из первых, участвовала в освобождении Донбасса, совместно с 8-й гвардейской армией перешла в наступление на Изюм-Барвенковском направлении, а в августе 1943 года, наступая на правом крыле Юго-Западного фронта, участвовала в общем стремительном движении советских войск к Днепру. Ее дивизии освободили большую часть территории Днепропетровской области.
На следующий день — 28 сентября — командарм генерал-лейтенант Кузнецов прибыл в Нижнеднепровск уточнить обстановку. Места эти ему были знакомы еще со времен гражданской войны, когда он, молодой красный командир, сражался с врагами Советской власти. На песчаном берегу Днепра, сняв форменную фуражку, генерал молча смотрел в сторону противоположного берега. Его окружили солдаты и офицеры 195-й стрелковой дивизии.
— Одолеем Днепр, сынки? — по-отечески обратился к ним командарм.
— Наш он, нашим и будет, — ответил один из бойцов.
— Большого счастья вам, сынки, — сказал генерал и сел в запыленный «виллис». — В соседнюю, 152-ю, — сказал он шоферу.
Ликвидировав нижнеднепровский плацдарм противника, 152-я, 195-я стрелковые дивизии заняли оборону вдоль Днепра. Попытки с ходу форсировать реку в районе города успеха не имели. Сказались огромные потери в войсках, понесенные в предыдущих боях, и отсутствие переправочных средств. Войдя в состав новой 46-й армии, которой командовал генерал-лейтенант В. В. Глаголев, полки дивизий получили приказ вести планомерную подготовку к форсированию водного рубежа.
Особое значение гитлеровское командование придавало укреплению правого берега Днепра — главного элемента «Восточного вала», о который, по замыслу фюрера, русские армии должны были сломать себе шею. Другой такой многоводной и надежной преграды на всем пространстве от Белого до Черного моря они себе и не представляли. Гитлер самонадеянно заявил: «Скорее Днепр потечет вспять, чем русские преодолеют его — эту могучую водную преграду 700–900 метров шириной, правый берег которой представляет собой беспрерывный лабиринт дотов, неприступную природную крепость»[34].
Такая самоуверенность фашистского диктатора напоминает ответ турков на письмо Суворова. Когда фельдмаршал ожидал капитуляции Измаила, турки, как известно, ответили: «Скорее небо упадет на землю и повернет свое течение Дунай, чем сдастся неприступный Измаил». Но перед силой русских воинов, возглавляемых великим полководцем, Измаил пал.
Такое же повторилось и осенью 1943 года. Миф был развеян. К 20 сентября на 750-километровом протяжении Днепра разгорелись тяжелые бои, которые велись в разных направлениях и не в одно время. Битва за Днепр, в которой принимала участие миллионная армия советских воинов, состояла из целого ряда операций и вошла в историю Великой Отечественной войны как одна из славных ее страниц.
В этой великой битве принимали участие сыновья и дочери почти всех национальностей и народностей Союза ССР. Они еще раз продемонстрировали нерушимое единство и силу дружбы народов нашей страны.
В полосе Степного фронта на участке Черкассы — Верхнеднепровск немцы имели 24 дивизии. Наземные силы гитлеровцев поддерживались двумя корпусами 4-го воздушного флота — около 700 самолетов.
Враг сосредоточил и в низовьях Днепра 32 дивизии, здесь перед войсками Юго-Западного фронта действовала- немецкая авиация в составе 700 самолетов, из них 400 бомбардировщиков.
В советских войсковых частях с нетерпением ждали тот день, когда начнется форсирование.
«Родина-мать! На седых берегах Днепра, где сражались за свободу Украины славные рыцари — запорожцы, грозное народное войско Богдана Хмельницкого, храбрые полки легендарного Щорса, — даем тебе свою сыновнюю клятву, — говорили бойцы и командиры на митингах, партийных и комсомольских собраниях. — Клянемся мужественно и стойко сражаться на поле брани за нашу свободу, за нашу Советскую Украину! Не пожалеем ни крови, ни жизни для победы над ненавистным врагом — гитлеровцами»[35].
Это была вера, которая с непоколебимой силой выражала волю и готовность воинов пожертвовать своей жизнью во имя Отчизны. Почти на 300-километровом участке началось форсирование Днепра войсками Степного и Юго-Западного фронтов с целью захватить плацдармы на правом берегу в районах Мишуриного Рога, Бородаевки, Аул, Войскового-Вовниги и в других мостах. За этот подвиг на берегах Днепра только на территории области более 600 солдат, сержантов, офицеров и генералов были удостоены звания Героя Советского Союза. На знаменах многих воинских соединений засверкали боевые ордена, дивизии и полки получили наименования Верхнеднепровских, Днепродзержинских, Нижнеднепровских, Днепропетровских, Никопольских. Но это будет потом. А сегодня бой — не на жизнь, а на смерть.
Войска Степного фронта, которым командовал генерал армии Иван Степанович Конев, в жестоких боях под Полтавой нанесли поражение сильной группировке противника и развернули наступление в сторону Днепра. По распоряжению Верховного Главнокомандования фронту были переданы 37-я, 5-я гвардейская армии.
Во второй половине дня 24 сентября, когда 37-я армия находилась еще в ста километрах от Днепра, командующий фронтом И. С. Конев приказал ей форсированным маршем выйти в район боевых действий, сменить части 69-й армии и, развивая наступление, форсировать Днепр с ходу. Командующий армией генерал-лейтенант М. Н. Шарохин принял решение — главные усилия сосредоточить на левом фланге армии, на участке Дериевка, Мишурин Рог. Выбор этого направления обусловливался наличием на Днепре островов в районе Солошино, Переволочной. Крупные населенные пункты, многочисленные овраги, сады и кустарники левого берега Славутича обеспечивали скрытый подход и сосредоточение войск.
Противник считал, что здесь, на Днепре, он будет иметь дело с 69-й армией, ослабленной предыдущими боями и не способной с ходу преодолеть реку. Не ожидал он появления в районе Куцеволовки и Мишурина Рога свежей 37-й армии, которая тут же была усилена частями 69-й. В первом эшелоне генерал-лейтенант М. II. Шарохин ввел войска 57-го стрелкового корпуса, которым командовал генерал-майор Петраковский, во втором готовился 82-й стрелковый корпус генерал-майора Кузнецова. В состав 57-го стрелкового корпуса входили 62-я, 92-я, 110-я гвардейские стрелковые дивизии и 89-я гвардейская Белгородско-Харьковская стрелковая дивизия, переданная из состава 69-й армии[36].
Части 62-й гвардейской стрелковой дивизии полковника И. Н. Мошляка были первыми в 37-й армии, форсировавшими Днепр у Мишурина Рога. Спустя много лет, переписываясь с красными следопытами Мишуринрожской сельской школы, Иван Николаевич прислал им свои воспоминания, в которых рассказал, как воины дивизии сражались на Днепре:
«Мною было принято решение: атаку начать ночью силами 182-го и 184-го стрелковых полков, а 186-й иметь во втором эшелоне для расширения плацдарма. Не было лодок и понтонов, нашлись бревна и доски разобранных сараев, из которых соорудили плоты. Накануне получили пополнение, солдаты молодцы, большинство комсомольцы. Как сейчас, вижу, стоят загорелые, обветренные крепыши, офицеры, жаждущие боя, командиры батальонов капитаны В. И. Данько, В. И. Септюрин, Е. Ф. Асташин, Ф. А. Зубалов. Особенно выделялся майор Федор Андреевич Зубалов. Быстрый в движениях, смышленый, энергичный, он уже отличился в боях.
Командиры батальонов Зубалов и Данько хорошо подготовили свои подразделения к форсированию, создали передовые штурмовые отряды, в которые входили артиллерия, минометы и саперы. Форсирование передовых отрядов обеспечивалось огнем артиллерии двух стрелковых дивизий и армейской артгруппой. Всего было выделено 655 орудий и минометов.
Штурм Днепра начался в 4 часа утра 28 сентября батальонами Зубалова и Данько, без артиллерийской подготовки, чтобы достичь эффекта внезапности. Батальон капитана Данько сразу же вырвался вперед и первым в дивизии достиг правого берега. Немцы обнаружили гвардейцев, когда они уже прошли половину реки, и тотчас же открыли по десантникам сильный огонь из всех видов оружия.
На всю жизнь запечатлелся в памяти рассвет, озаренный вражескими ракетами. Днепр заполыхал огнем, вода словно кипела от пуль, мин и снарядов. При подходе к берегу батальоны своими средствами подавили огневые точки на переднем крае обороны противника и с ходу овладели первой траншеей.
Все произошло в считанные минуты, но они решили многое. Первый успех окрылил наступающих. На правом фланге батальона Данько огонь фашистов заметно ослаб, зато на левом, против батальона Зубалова, он усилился. Завязался ожесточенный бой, но порыв гвардейцев был настолько стремителен и могуч, что гитлеровцы не выдержали натиска и стали отходить на новый рубеж. Гвардейцы Данько заняли вторую траншею и в первый час боя проникли в оборону противника до двух километров по фронту и до одного — в глубину. Третий батальон 184-го полка тоже захватил такой же плацдарм. Вслед за передовыми подразделениями стали форсировать Днепр остальные части.
На участке батальона Зубалова противник перешел в контратаку и рвался к переправам. Туда был дан мощный залп «катюш». Наши солдаты и офицеры действовали смело и решительно. Был случай, когда переправочные средства роты капитана П. Г. Щедрина вышли из строя, а до берега оставалось 100–150 метров. Командир скомандовал: «Всем вплавь!» И рота одной из первых появилась на противоположном берегу и атаковала противника.
К середине дня на правом берегу было уже два батальона 182-го гвардейского полка, которым командовал гвардии полковник Г. С. Антонов. Дальнейшее форсирование замедлилось из-за сильного огня противника, который обнаружил места переправ. Его авиация беспрерывно бомбила наши боевые порядки.
К вечеру командир 184-го гвардейского полка подполковник Луценко докладывал обстановку. Грохот разрывов заглушил его последние слова. Немецкая авиация снова сбросила три десятка бомб вблизи наблюдательного пункта дивизии. Не успела она уйти, как появилась новая группа самолетов, которая тоже сбросила свой груз на боевые порядки полков. Эта пятая по счету контратака была отбита нашими гвардейцами. Бой за расширение плацдарма продолжался. К исходу 28 сентября подразделения 182-го полка овладели территорией до шести километров по фронту и столько же в глубину, батальоны 184-го полка к тому времени овладели плацдармом в районе Мишурина Рога — три километра по фронту и до двух в глубину, соединив оба плацдарма в один.
Побывав в обоих полках на плацдарме, я пришел к выводу, что противник с утра может еще сильнее контратаковать, и решил в течение ночи переправить на противоположный берег 186-й гвардейский стрелковый полк. А утром ударами в направлении высоты 156,9 разгромить противостоящего противника и овладеть высотой 170,5, которая имела важное тактическое значение».
[34] Архив МО СССР, ф. 236, оп. 315337, д. 1, л. 149.
[35] Они сражались за Днепр. К., 1977, с. 13.
[36] Дни боевые. М., 1964, с. 197.