Русская Америка: открыть и продать!: читать начало книги онлайн

Да, Берх сообщал убийственные факты: «Можно принять безошибочно, что граждане Соединенных Штатов нанесли российской меховой торговле вреда более нежели на пятьдесят миллионов рублей (а это ведь были не «ассигнационные» бумажные, а полновесные золотые рубли! — С.К.), ибо, по вернейшим сведениям, вывезли они в Кантон от 1790 до 1822 г. 200 тыс. морских и 100 тыс. речных бобров, кои собраны были не токмо что выше широты 51 у принадлежащих нам северо-западных берегов Америки, но даже большею частию в тех самых местах, где находятся селения наши».

А ведь контрабандная пушнина вывозилась не только в Кантон, но и в Европу, в азиатские и южноамериканские колонии европейских держав!

Вот оно — мягкое «золото», которое должно было обеспечить устойчивость русской экономики и русских финансов, но которое было украдено у России американскими хапугами.

И которое позволяли расхищать нессельроды...

Я тут приведу еще и позднейшее, высказанное уже в начале XX века, мнение геополитика генерал-майора Генерального штаба Вандама (Едрихина): «С появлением этих соперников на промыслах началась настоящая вакханалия. Драгоценный морской бобер истреблялся, не разбирая ни самцов, ни самок, ни детенышей. Не знавшие до той поры ни рому, ни огнестрельного оружия туземцы из работавших в полном согласии с русскими мирных охотников превращались в опасных бандитов. Охота становилась менее выгодной и весьма опасной...»

Это оценка уже из некоторого исторического отдаления.

Современник же событий — Берх «верноподданнически» заявлял: «Ежели бы мудрое правительство не поспешило оградить берега наши двумя военными судами против... контрабандной торговли (он тут имел в виду и торговлю мехом, и торговлю оружием и боеприпасами. — С.К.), то чрез два или три года уничтожилась бы Российско-Американская компания, пропали бы все колонии наши...».

Но «мудрое правительство» уже чинило перья для простановки подписей под капитулянтской конвенцией с Штатами...

А ведь Берх в конце своей записки делал вполне логичный вывод: права русских в Русской Америке неоспоримы, и российское правительство может управлять этим районом по своему усмотрению...

Автор записки предполагал опубликовать ее в одном из петербургских журналов. Его, конечно же, поддерживал Мордвинов, и даже такой для меня не проясненный человек, как министр финансов Егор Францевич Канкрин, отнесся к Нессельроде с запросом на предмет возможности ее опубликования.

Нессельроде с ответом тянул, а 11 апреля 1824 года ответил Канкрину отрицательно, что и неудивительно — 5 апреля в русской столице была заключена та антирусская конвенция, от идей которой записка Верха камня на камне не оставляла....

И этот давний факт — как наличия записки, так и ее неопубликования — имеет далеко не только важнейшее историческое значение. Он дает информацию для вполне актуальных размышлений и в XXI веке!

Записка Верха не опубликована и по сей день! Впрочем, сегодня она, возможно, уже и уничтожена новыми «радетелями» за Россию...

Полная русская юрисдикция над Русской Америкой ломала дальние геополитические планы могущественных наднациональных сил. Но она же была им невыгодна и в ближней экономической перспективе. Поэтому на Александра начали воздействовать все активнее...

История, увы, знакомая и нам...

Как это делается в веке нынешнем, можно узнать, и не обращаясь к архивам. А в позапрошлом веке это делалось и так...

В апреле 1823 года генерал Тейль-фан-Сероскеркен уведомил госсекретаря Адамса о предложении России провести в Петербурге переговоры по режиму мореплавания в прибрежных водах Русской Америки.

Одновременно Тейль успокоил Адамса, что командирам русских военных кораблей, крейсирующих в этих водах, дано указание воздерживаться от действий, вытекающих из точного соблюдения положений Указа от 4 сентября.

Вскоре Адамс ответил, что Монро готов вести переговоры и полномочия на их ведение будут даны посланнику в России Мидлтону.

Американские же газеты тут же принялись распускать слухи об отмене Александром Указа от 4 (16) сентября 1821 года. Тон статей отличался безрассудной злобностью, и это не я так его оценил, а барон Тейль в своем донесении от 24 июня (6 июля) 1823 года. Правда, 30 июня официоз «Daily National Intelligencer» их опроверг и сообщил о предстоящих переговорах в выражениях, внешне уважительных.

Через три недели после отправки первой депеши от 6 июля (по новому стилю) Тейль составляет 24 июля еще одну депешу для Нессельроде, пользуясь, как он сам определил, «надежной оказией»...

Этой оказией стал поверенный в делах США при шведском дворе Кристофер Хьюз, возвращавшийся через Лондон в Стокгольм и «согласившийся» захватить вместе с инструкциями Мидлтону в Петербург также депешу русского посланника.

Собственно, если быть точным, сию «надежную оказию» Тейлю предложил сам Адамс. Использование дипломата державы, с которой предстоят щекотливые переговоры, в качестве своего дипкурьера вызывает вообще-то недоумение, но спишем все на сложности с путями сообщения в позапрошлом веке. Хотя услужливость Адамса выглядит, конечно же, весьма подозрительно...

И вот тут уже начинает проявляться намерение янки и стелить не очень-то мягко, а уж чтобы спать не жестко — так о том вообще не разговор... Другими словами, Тейль писал вот что:

«Мне представляется, что это правительство будет оспаривать любые притязания России на материковую часть северо-западного побережья (вспомним, уважаемый читатель, что Галлатин в Париже уверял Тейля в прямо обратном! — С.К.), станет доказывать, что торговля пушниной свободна и всегда была свободной... В этой связи я смог убедиться, что г-н Адамс не совсем правильно представляет себе степень заинтересованности российского двора в данном вопросе и значение, которое имеет для нас торговля пушниной...»

Тут Тейль обнаружил, конечно, наивность, а янки Адамс валял, что называется, ваньку. Но при этом янки, поднявшие знамя доктрины Монро, начинали показывать зубы, что и Тейль заметил: «Американское правительство, вероятно, воспользуется предоставившимся случаем и потребует, чтобы был установлен общий принцип, в силу которого иностранные державы окончательно и навечно обязались бы не основывать новых колоний в обеих частях Америки».

Реально это надо было понимать, конечно, так, что США не желают укрепления России лишь в одной части Америки — в той, в которой Россия имеет владения.

А вообще-то Адамс вел себя как опытный рыбак — он то натягивал леску, то немного отпускал ее и уверял Тейля, что «императорское правительство может счесть для себя необходимым настаивать на сохранении исключительной системы» в вопросе о русской морской юрисдикции...

Но при этом Адамс вручил Тейлю пухлую папку с выдержками из высказываний известных политических деятелей и юристов о международно-правовом аспекте завладения малонаселенными и незаселенными землями — Ваттеля, Пуффендорфа, а также лично Адамса.

Естественно, что все эти «политические мыслители», включая и Адамса, доказывали правоту США и неправоту России...