Русская Америка: открыть и продать!: читать начало книги онлайн

— Ну, скажем, для Штатов важен лишь вопрос о морской юрисдикции, а вот Англию, кроме этого, беспокоит еще и территориальное разграничение.

Спокойный по натуре и по своему пониманию долга Тейль слушал внимательно и молча, а Галлатин не останавливался:

— Сейчас Англия не поднимает большого шума, она озабочена тем, чтобы не ввязаться в новую войну, но договариваться относительно разграничения вам придется с ней...

Если вспомнить, что в Штатах уже тогда смотрели на Канаду как на свою будущую территорию, то лицемерие Галлатина было очевидно, но это была только присказка, а сказки американец стал рассказывать вот какие:

— Я не понимаю, о чем между нами недоразумение? Ваши меры по защите поселений Российско-Американской компании странны. И ваш принцип расширения территориальных вод будет решительно отвергаться. Согласно установившимся обычаям, ширина национальной полосы не должна превышать трех-четырех миль от берега...

Тейль пожал плечами, но его собеседник не унимался:

— Вы закрываете все Берингово море для наших китобоев и рыбаков... Что же до торговли пушниной, то она не представляет для Соединенных Штатов особого значения. Да и наши поселения на северо-западном побережье надо рассматривать как чисто временные... — Тут Галлатин умолк, надулся и важно закончил: — Столь обширные края не могут обрести рано или поздно полной независимости...

Что тут имел в виду американский посланник, я понять не могу... О какой независимости и каких территорий на тихоокеанском побережье Америки можно было вести речь? Бобры, что ли, республику вознамерились бы объявить? Или алеутам парламентского образа правления вдруг захотелось бы?

Но бог бы уж с ним, с этим Галлатином, так ведь он был бесстыже неправ и в другом... В северной части Тихого океана характер расположения суши и островов совершенно уникален. То есть более нигде на планете такой картины не наблюдается, и нигде в другом месте естественная граница государства не определяется так зримо непрерывной островной цепью... При этом в момент парижской беседы двух посланников узкий русский полуостров Аляска, островным продолжением которого были Алеуты, сами русские Алеуты, русские Командорские острова неподалеку от русской Камчатки настолько очевидно отгораживали Берингово море от остального Тихого океана, что при тогдашней политической карте мира Берингово море оказывалось, по сути, внутренним русским морем с чисто географической точки зрения.

Ведь янки не претендовали на свободное плавание в русском Азовском море? И посмотрел бы я на галлатинов XX века, если бы советские атомные подводные лодки попытались войти в воды, скажем, Гудзонова залива, обосновывая свое право аргументами Галлатина и его шефа Адамса.

Увы, барон Тейль ничего такого не сказал, а просто заметил:

— Вы, господин Галлатин, как мне кажется, проявляете несколько большую горячность. Но я надеюсь, что мы в состоянии устранить возникшие трудности и примирить взаимные интересы...

— Ну, конечно, — не замедлил согласиться янки европейско-масонского происхождения, — я думаю, что между двумя правительствами, заинтересованными в, том, чтобы поддерживать дружественные отношения, не возникнет серьезного спора в вопросах по сути дела маловажных...

Итак, американцы прикидывались простачками и пытались уверить русских, что дело-то — пустяковое. Подумаешь, какие-то там временные поселения, и при чем здесь права русских на Берингово море...

Да, в 1822 году на чашу исторических весов было положено многое.

Легла на нее в конце июля этого года и записка Главного правления Российско-Американской компании министру финансов Гурьеву «О правах россиян на владение пространством Северо-Западной Америки, отданной в ведомство Российско-американской компании»...

Эта обширная записка, на мой взгляд, достойна издания отдельной иллюстрированной брошюрой. С одной стороны, это официальный документ и в качестве такового он строг. Но—далеко не сух! Порой стиль записки оказывается волнующим и страстным манифестом свободного русского духа...

«Все просвещенные народы согласны, что право обладания неизвестными странами основано единственно или на первом открытии, или на заведении в них постоянных жилищ, —так начиналась записка. — Все европейские державы, открывшие неведомые страны, обитаемые или необитаемые, присоединяли их немедленно к своему скипетру и, естли предвидели выгоду, заводили на них поселения, созидали крепости, образовали правление и составляли из них области, известные под наименованием колоний. Отдаленность таковых заселений, неуверенность в преданности или благорасположении жителей, обилие богатых произведений тех стран и многие другие причины были поводом к установлению так называемой колониальной системы, состоявшей в том, что никто не мог пользоваться правом иметь сношения или производить торговлю с сими странами, кроме подданных той нации, которая их основала. Система сия, признанная и утвержденная всеми морскими державами, самая справедливая. Открытие подобной страны и заселение оной сопряжено с величайшими затруднениями; на сие потребно время, труды, значительные иждивения, а часто и самая кровь и жизнь граждан.

Итак, по какому праву мог бы каждый пришлец пользоваться теми же выгодами, кои приобретены такою дорогою ценою?

Вот основание, на котором утверждены права европейских народов на владение странами, открытыми в Новом Мире, вот причины, по коим они владеют разными землями в Америке и бесчисленными островами, рассеянными по морям...»

Как видим, на открытие некой правовой «Америки» Правление РАК не претендовало, а, напротив, напоминало, что юридический международный статус колоний установлен не русскими.

Правление РАК зато утверждало право русских на открытие Америки географической — в части ее северо-западных земель, и констатировало:

«Сие же самое основание служит и россиянам опорою на владение Курильскими, Алеутскими и другими островами и теми землями Северо-Западной Америки, кои российским правительством отданы в распоряжение Российско-Американской компании. Россияне первыми открыли все сии земли и острова, они первые завели на них постоянные жилища, и кто же другой, кроме них, имеет право пользоваться теми выгодами, которые представляются там для промышленности?

Что россияне первые открыли сии страны и первые завели на них жилища, сему убедительным доказательством служит история открытия оных. Кому не известны экспедиции, отправленные российским правительством для открытий в морях, лежащих на восток от берегов российской Восточной Азии? И кто не знает успехов, с какими выполнили они предначертания и виды правительства? Открытия сих экспедиций были новизною для всего ученого света. Прежде сих экспедиций ни один в мире ни малейшего не имел понятия не только о берегах Северо-Западной Америки, но и о том, соединяются ли сии берега с берегами Азии или разделены между собою каким-либо проливом...»

Рассказав об истории, авторы записки делали вывод: «Итак, основываясь на праве первооткрытия, те страны принадлежат россиянам. Но они не только первые открыли, но первые же населили некоторые из тех стран... А посему Россия, как по праву первенства открытия, гораздо ранее существования Республики Американской сделанного, так и по первоначальному занятию, имеет неоспоримое право на обладание островами Северо-Западного океана и северозападным берегом Америки, начиная с 55° северной широты и за Берингов пролив, а к югу до 51°, до которого подданные ее наиболее простирали свои плавания...»

Много места в записке было отведено под перечисление «заведений» РАК в Русской Америке. «На Уналашке, — сообщала, например, записка, — лежащем под 57°7' северной широты и 210°45' долготы от Ферро, при небольшой речке находится селение, названное от г-на камергера Резанова селением Доброго Согласия в ознаменование приязни, существующей между русскими и природными тамошними жителями».

А вот как описывался Ново-Архангельск: «На Ситхе находится главная фактория Компании. На сем острове заведено порядочное селение с церковью, училищем и больницею и устроена небольшая крепость, снабженная нужным количеством орудий...»

На самом материке упоминалось семь русских поселений: Павловская, Георгиевская, Александровская, Воскресенская, Константиновская, Николаевская и Симеоновская «крепостцы»...

Справедливости и точности ради мне придется сообщить, что главный правитель российско-американских колоний Матвей Иванович Муравьев, ознакомившись с запиской правления РАК, уже в своей записке правлению уточнил: «Нашел я, что между сими заведениями означены имена крепостей, кои или никогда не существовали, или ныне не существуют».

Муравьев выражал недоумение и замечал, что «естли сие по каким-либо политическим видам», то истина все равно устанавливается иностранцами при желании легко, а «ежели сие изложено по неведению Главного правления», то вот вам — точный и более скромный список поселений.