— Роуэн, — мрачно сказал он вслух, — я совсем не хотел, чтобы вышло вот так.
— Я знаю.
— Что вышло? — спросил Логэйн с таким видом, точно проглотил какую-то кислятину. Он глянул на Мэрика, на Роуэн, опять на Мэрика, и лицо его окаменело. Очень медленно он отвернулся. В глазах его была боль. — Ясно, — только и сказал он.
— Я не знаю, что и сказать, — виновато, вполголоса сознался Мэрик. — Мне и в голову не приходило… то есть я хочу сказать, мы столько лет не заговаривали об этом. Мы вечно воевали, и я не думал, что…
— Прекрати, — спокойно сказала Роуэн. — Здесь не место для этого разговора.
— Но…
Она прямо взглянула в глаза Мэрику:
— Скажи мне только одно: это продолжалось? После той, первой ночи?
Мэрик ощутил беспомощность. Он не хотел причинять боль Роуэн, и тем не менее это уже случилось. И никакие его слова не могли этого исправить.
— Да, — обреченно выговорил он.
Роуэн медленно кивнула. Логэйн, повернувшись, изумленно воззрился на Мэрика:
— Дыхание Создателя! Ты что, влюбился в нее?
Мэрика передернуло. Уж лучше бы Логэйн схватил нож и воткнул ему в спину. Роуэн упорно смотрела себе под ноги, но Мэрик знал, что она ловит каждое слово. Он сделал глубокий вдох и прерывисто выдохнул.
— Да, — сказал он. — Думаю, да.
Даже если Роуэн ожидала услышать подобный ответ, было видно, что слова причинили ей боль. Она избегала смотреть на принца, лицо ее окаменело. Мэрик чувствовал себя бессердечным негодяем. Логэйн уставился на него так, точно не верил собственным ушам.
Мэрик сделал глубокий вдох.
— Я с этим покончу, — сказал он. Стиснув зубы, он посмотрел на Роуэн, и на лице его появилась решимость. — Роуэн, я не хотел тебя обидеть. Я был не прав. Ты нужна мне, я хочу, чтобы ты это знала. Если все это так глубоко тебя задевает, значит, этого быть не должно. Между мной и Катриэль все кончено.
Наступила долгая неловкая пауза. Тишина, царившая в пещере, стала совсем необъятной, и на миг Мэрику отчаянно захотелось услышать посвист ветра, крики чаек высоко в небе, даже паучье пощелкивание. Что угодно, только не эта непоколебимая тишина.
Наконец Роуэн посмотрела на него. Выражение ее лица было непреклонно.
— Нет. Не этого я хочу.
— Но…
— Я хочу, — настойчиво, ледяным тоном продолжала она, — чтобы ты прислушался к тому, что мы говорим. Как ты объяснишь все эти несоответствия в поведении Катриэль?
Мэрик вздохнул. Он выразительно посмотрел на Роуэн, страстно желая сменить тему разговора, но девушка оставалась непреклонна.
— Катриэль — эльфийка, — беспомощно начал он, — а еще она — необыкновенная женщина и обладает талантами, за которые мы должны быть ей благодарны. Если вы еще не забыли, она спасла нам жизнь. Всем нам. — Мэрик сделал паузу и с упреком глянул на собеседников. — И даже если бы я разделял эти ваши подозрения, неужели вы думаете, что я согласился бы бросить ее здесь? Никто не заслуживает такой участи.
Логэйн задумчиво потер подбородок:
— Тогда, возможно, нам стоит допросить ее, узнать…
— Нет! И хватит об этом, ясно?
Логэйн и Роуэн вновь переглянулись и неохотно кивнули. Решение Мэрика не пришлось им по вкусу, но вместе с тем они явно не были всерьез настроены избавиться от Катриэль. При одной мысли о том, чтобы бросить кого-то здесь, в кишащей пауками темноте, по спине ползли мурашки.
— Роуэн, — начал Мэрик, — может, нам стоит поговорить? Отойти и…
Она поспешно встала, отряхнула с доспехов черную пыль.