Через минуту сверху показалась фигура Джеймса Марчи, который вприпрыжку бежал по тропинке, размахивая геологическим молотком. На плече у него висела сумка: что и говорить, и вправду у Коротышки был вид заправского ученого, который и во время отпуска проводит привычные исследования, ставшие частью его натуры.
— Ну хорошо, — сказал Клайд, когда Джеймс остановился около него и вынул из кармана трубку, — что ты будешь класть в эту сумку?
— Как — что? — искренне изумился Джеймс. — Ясно, образцы.
— Образцы чего?
— Странный вопрос! Конечно, образцы различных минералов, которые, возможно, окажутся спутниками ценных залежей.
— А где ты их возьмешь? — не унимался Клайд.
— Чудак человек! Они ведь всюду. Ты просто отбиваешь вот этим молотком небольшой кусочек камня из встреченных тобою на пути. А потом исследуешь их, эти образцы, сравниваешь с рисунком. И вдруг выясняется, что один из них сопутствует, скажем, жилам драгоценного металла. Ведь это чертовски интересно!
— И для этого ты взял с собой еще и молоток? Тебе мало было нашего дорожного груза? Ей-богу, не я чудак человек, а ты! А рисунки, о которых ты сказал, где ты возьмешь?
— А они есть в книге, которую я тоже взял с собой. Называется «Спутник геолога-любителя». Я тебе дома покажу. Здорово занимательная штука! Фреда она, вероятно, не заинтересует, но тебя, Клайд…
— Перестань, пожалуйста, заниматься грубой лестью! Меня твоя книжка тоже мало интересует. Тем более, что уже давно установлено: в русле реки Снайк и ее притоков, вроде вот этой речушки, никаких следов драгоценных металлов нет. Значит, нет и их спутников.
Джеймс Марчи растерянно моргал своими голубыми глазами. Этого не могли скрыть никакие очки. Он пробормотал:
— Конечно, мне это известно. Но почему бы не провести дополнительные поиски? Тем более, что иной раз это может дать большие результаты. И делать-то мне особенно нечего: ведь я на отдыхе…
— А, да что с тобой говорить! — отмахнулся Клайд. Ему стало уже жаль, что он заметно огорчил простодушного Коротышку. — Если тебе нравится таскать с собой дополнительный груз, сделай одолжение. Мне это безразлично. Я геологом быть не собираюсь. Я просто отдыхаю и наслаждаюсь природой, вот и все.
Джеймс приободрился. Такой уж у него характер, у Коротышки Марчи, подумал Клайд, вечно он что-то выдумывает и сразу огорчается, когда ему доказывают, что все это ни к чему, и так же легко утешается, если его оставляют в покое, не мешают ему делать задуманное. А может быть, таким свойством и отличаются люди, которым суждено в конце концов стать выдающимися изобретателями, исследователями и вообще учеными?..
— Значит, ты будешь тратить время на такое отколупывание разных камней? Что ж, если тебе это интересно, то, возможно, ты и прав, — совсем уже примирительно сказал Клайд. — Только тут, кроме валунов, ничего и нет.
Он окинул взглядом берег речушки. Ничего, за исключением крупного гравия и валунов, маленьких и больших, на нем не было.
— А ты думаешь, что в валунах не может быть никаких вкраплений? — горячо возразил Джеймс. Теперь, когда он уже не встречал противодействия, ему очень хотелось сразу же доказать свои геологические познания. — Наоборот, обкатанные и обтесанные бурным течением воды куски камня, которые мы в просторечии называем валунами…
— Это что, цитата из твоей высокоинтересной книжки? — иронически спросил Клайд.
— Ну, допустим, что цитата, — покорно согласился Джеймс. — Что из этого? Я только хочу сказать, что в валунах можно отыскать иной раз очень интересные вкрапления. Ведь река приносит их из разных слоев… Вот, посмотри!
Джеймс положил обратно в карман так и не закуренную трубку и устремился с молотком в руке к валуну, на котором сидел Клайд.
— Заметь, как это просто, — объяснял он. — Я нахожу подходящее углубление около выступа и точно, уверенно ударяю молотком, чтобы сбить этот выступ в качестве образца. Вот так! Один удар — и… Понимаешь, молоток немножко сорвался. Сейчас я точнее намечу удар. Ага… Раз…
Клайд рассмеялся. На валуне остался едва заметный след молотка. Это было все.
— Боюсь, что так тебе придется долго стучать по камню, — проговорил он, смеясь. — Оказывается, получить образец вовсе не так просто, как ты только что уверял.
Джеймс сконфуженно заморгал глазами.
— Вероятно, сказывается недостаток практики, — объяснил он. — Видишь ли, в книге говорится именно так… но практически я еще ни разу не пробовал. Может быть, он очень большой, этот валун? И масса моего молотка слишком мала для него? Сейчас я попробую другой.
Он осмотрелся по сторонам.
— Ага, вот этот, например.
Это был небольшой валун, размером примерно в крупный арбуз, неправильной округлой формы, лежавший неподалеку от них. Единственным его отличием казалось то, что он был почти черным, не в пример массе других валунов, желтых, серых и буроватых.
Клайд шутливо бросил: