– Вот этот товарищ на экране… – Коупленд повернул ко мне ноутбук, чтобы я получше рассмотрел китайца на площади. – Знаете, чем он сейчас занимается? Ведет переговоры с «Веризон» и «Пицца-Хат». Он будет ставить панели на рекламные сотовые телефоны для «Пицца-Хат». Их будут дарить тем, кто закажет новое блюдо. «Пицца-Хат» все проталкивает идею сыра под слоем теста, но потребители упираются.
– Точно, мне брат об этом рассказывал!
– Ну вот. А еще я собираюсь навестить Аун Сан Су Чжи.
– Кого-кого?
– Это женщина из Бирмы, которая несколько лет назад получила Нобелевскую премию мира.
– Ах да!
– Она ведет переговоры с сетью универсамов «Уол-Март». Будет работать за станком, который выпускает белые пластмассовые стулья.
– А как узнать, что стулья делала она, а не кто-то еще?
– К каждому стулу будет прилагаться сертификат аутентичности, подписанный ею собственноручно. Можно вставить в рамку.
– Много ей придется подписывать…
– Я серьезно. На долю «Уол-Марта» приходятся два процента валового внутреннего продукта Китая. Правда, количество стульев будет ограничено. Будут награждать ими владельцев карточек, которые покупают в год больше определенной суммы.
– Ух ты! – Начали разносить ужин. – Еще поговорим.
– Конечно.
После макарон и нескольких порций виски у меня слегка закружилась голова, и я решил посмотреть, что за программы на видеоэкране. Скажу вам сразу: я не говорю ни по-японски, ни по-китайски, но понял, что японское телевидение классное, а китайское – отстой. Даже в самолете они показывают экскурсии по заводам. После десятого визита на завод микропроцессоров я задремал.
Проснулся с тяжелой головой, но вполне довольный – ура, я великий путешественник! Мне вспомнилось, как Бри в комнате для перекусов, пока я разогревал себе суп, рассказывала про книги Коупленда. Якобы Коупленд сказал: если в твоей жизни нет сюжета, она бессмысленна, и с таким же успехом ты можешь быть водорослью или бактерией. Интересно, что на это скажет сам Коупленд. Он передо мной в долгу, потому что на третьем курсе нас заставили прочитать его роман.
Он с легкой опаской проследил глазами, как я подхожу.
– Так вот, мистер Коупленд… Мне говорили, что вы думаете, если из жизни нельзя сделать роман, нет смысла жить, потому что тогда человек не важнее, чем водоросль.
– Водоросли тоже нужны!
– Я не то имел в виду. Я считаю, что…
Найти нужные слова оказалось сложнее, чем я думал.
– Как вас бишь там?
– Итан.
– Итан, зачем вы летите в Китай?
– Надо забрать одного человека.
– Кого?
– Стива.
– Кто такой Стив?
И вдруг я выпалил ему все: про мать, Стива, отца, Кама, Кейтлин, Бри – про всех и вся. Надо сказать, изложил отменно. Коупленд с большим интересом меня слушал – даже что-то записывал! – и засыпал вопросам. А потом, в самом конце (Господи, прости!), я спросил, не напишет ли он коротенький рассказ обо мне и моей жизни.
– Не знаю, стоит ли…
– Нет, правда, напишите! Будет прикольно.