— А именно? — встревает Толстый.
— Снаружи то никого не было, а был кто-то внутри.
В моей подкорке раздается тревожный звонок.
— Что вы говорите, госпожа консьержка! И кто же находился в доме?
— Одна дама, — ответила она.
От этих слов мои железы любопытства начинают работать на полную мощность.
— Расскажите поподробнее!
Старушка приводит в порядок все увиденное ночью, чтобы рассказать об этом.
— Значит, когда я вышла, — объясняет она. — сначала я не заметила, что во дворе кто-то был. Я заметила эту даму, когда возвращалась назад: молодая, хорошо одетая, надушенная, мой милый! Но уж больно вонючие были духи!
Если славной старушонке нравится запах, который царит в ее сарае, нет ничего удивительного в том, что она называет «вонючими» арабские духи или духи «Мадам Роша».
— Вы с ней разговаривали?
— Само собой разумеется! Я спросила ее, что она делает в моем дворе. Хотя я в общем-то догадалась, почему она здесь, потому что она пряталась за мусорным ящиком.
— Что она зашла справить неотложную и естественную нужду, — поясняет старуха. — Так часто бывает. Возвращаешься после ужина, а на улице тебя и прихватит. Особенно гиблое дело для пузыря " белое вино.
— Что вы ей сказали?
— Что она гнусная тварь, — поясняет уважаемая особа. — Она извинилась и ушла.
— Она вышла из дома?
— Наверное. А что ей еще там было делать?
— Значит вы не видели, как она ушла?
От моего вопроса моя собеседница приходит в волнение. Она перестает врубаться в смысл вопросов, зачем-то глотает воздух, надувает губы и смотрит на меня своими глазами, похожими на пузыри, появляющиеся на поверхности ее варева из льняной муки.
— Конечно нет. Меня уже тогда знобило. Я и не собиралась ее провожать до входной двери.
Вдруг в этот момент раздается громкий крик. Слоновьим криком кричит Толстый. Смельчак сунул палец в кастрюлю, чтобы подцепить немного муки и обжегся.
— Вы же обожжетесь, милейший! — с небольшим запозданием заявляет наша хозяйка.
Берю сосет свой палец, который любит хватать все, что плохо лежит. Он виновато улыбается. На его физиономии написано «Прошу прощения, но не обращайте на меня внимания».
Привратница продолжает:
— Теперь, когда вы обратили на это внимание, мне тоже интересно, что там делала эта девица. Тем более, что сегодня утром, когда я вывозила мусорные ящики, я не обнаружила там следов, о которых я думала. Я, наверное, ее спугнула до того, как она оправилась, правда?
— Может быть, — лгу я.
— Во всяком случае, это не принесло ей счастья, если она хотела нагадить у меня во дворе, — со смехом говорит эта наглая ощипанная птица.
У меня что-то заклинивает между ребрами.
— Почему?
Подметальщица подходит к комоду из орехового дерева, выдвигает ящик, что-то вытаскивает оттуда и подносит его на свет, который проникает через ее стеклянную дверь (между прочим, дверь — единственное отверстие для света в ее берлоге). А в это время Берюрье, вооружившись деревянной ложкой, которой старуха помешивала будущую припарку, тайком пробует на вкус льняную муку. Он чмокает своим язычищем и качает головой. Вкусовые бугорчики на языке не подают сигнала тревоги.