— Что разумно? — удивленно помаргивая, переспросила Мерет.
— Вы сказали, что Торрут продолжает оказывать сопротивление, несмотря на то что Табеа захватила дворец, а Верховный Правитель бежал.
— По правде говоря, боев он уже не ведет, — ответила Мерет, присаживаясь в стоящее поблизости кресло, — но распоряжений «Императрицы» Лорд Торрут не выполняет.
— Вот я и сомневаюсь, разумно ли это, — сказала Сараи. — Может, лучше позволить ей управлять, чтобы не причинять дополнительного ущерба городу?
— Но она же убийца! — возмутилась Мерет. — Воровка и грабительница! И кроме того, она... Чародеи не имеют права входить в правительство.
— Разве Табеа чародейка? — спросила Сараи. — Она же не член Гильдии.
— Она — маг, и она — нечто вроде чародея, а Гильдия не желает, чтобы маги вмешивались в политику. Это очень опасно и создает плохой прецедент.
— В таком случае мне кажется, что ее устранение — дело Гильдии, — сказала Леди Сараи. — Я не вижу необходимости жертвовать новыми жизнями, пытаясь ее низложить. Нравится нам или нет, но в данный момент она — Правительница Этшара-на-Песках. Править Табеа не может, не имея в своем распоряжении городской охраны — охраны, которая дает правительству реальную власть. Надеюсь, Лорд Торрут пересмотрит свою позицию.
— Я не могу с вами согласиться, — ответила Мерет. — Может быть, убедившись в своей неспособности управлять, эта ужасная женщина упакует вещички и тихо сбежит.
— Весьма сомнительно, — возразила Сараи. — И вообще, почему она не может стать хорошей Правительницей? Не боги посадили Эдерда на трон, и он сам не сделал ничего, чтобы стать Верховным Правителем. Он всего-навсего выбрал себе соответствующих родителей.
— А вам этого недостаточно? — спросила шокированная Мерет. — Он же — наследник Анарана!
— Не спорю, Анаран был прекрасным военачальником, — сказала Сараи. — Но разве это причина, чтобы его потомки навечно остались Верховными Правителями? Вот уже семь поколений семья полководца управляет Этшаром-на-Песках, но в их жилах кровь Анарана составляет лишь сотую долю.
— Да, но они вступали в брак с семьями других правителей и воспитывались для...
— Ну и что?
— Леди Сараи, — вмешался Келдер, — наследники Анарана не захватывали трона силой и не убивали невинных людей в постелях.
— Верно, — согласилась Сараи. — Но я все равно не хочу, чтобы появились новые жертвы.
— Никто этого не хочет, — сказала Мерет. — Вернее, все хотят, чтобы была лишь одна новая жертва — Табеа.
— Мерет! — раздалось со стороны ведущей в коридор арки. Сараи с Келдером обернулись и увидели Лиррин, бывшую ученицу Серема. — Вас ждут внизу, — сказала девушка.
— А что там происходит? — поинтересовалась Сараи. «Где это внизу?» — удивленно подумала она. Никто не обнаружил никаких подземелий, когда в доме велось расследование.
— Дела Гильдии, — ответила Лиррин извиняющимся тоном.
— Да? — Сараи бросила взгляд на Келдера.
— Я — такой же чародей, как и вы, — ответил колдун, пожимая плечами. — Давайте подождем.
— Прошу меня извинить, Леди Сараи, я вернусь при первой возможности, — произнесла Мерет и в сопровождении юной чародейки пошла по коридору.
Сараи и Келдер остались одни и некоторое время натянуто молчали.
— Ваши талисманы и амулеты при вас? — наконец спросила Сараи.
— Естественно, Миледи. — Колдун указал на мешок.
— Как вы думаете, не сообщат ли они нам что-нибудь новое о Табеа — информацию, которую можно использовать для ее свержения?
— Сомневаюсь, — ответил Келдер. — Но если хотите, я взгляну на то, что можно увидеть.
— Было бы очень любопытно.
Келдер слегка наклонил голову, что, по-видимому, заменяло поклон.