— А в машинном отделении?
— Иногда. Когда там что-то ломалось, и нужно было отвесить пинка.
Септим задумался.
— Трудная работа.
— Ты мне будешь рассказывать? — в этот момент он ощутил прилив странной гордости. — Я знаю, что это настоящая мука. Я этим занимался.
Септим убрал оружие в кобуру.
— Когда мы здесь закончим, пойдешь со мной.
— Я?
— Ты, — Септим тактично кашлянул. — А еще тебе надо будет принять ванну.
Он вошел в помещение, и остальные последовали за ним. Слуга Октавии продолжал крепко сжимать дробовик. Навигатор неловко улыбнулась Маруку.
— Не пытайся бежать, — сказала она. — Иначе он тебя пристрелит. Это ненадолго.
Септим поочередно выяснял прошлый род деятельности каждого, записывая все на инфопланшет. Это был уже третий рабский трюм, куда они наведались. Никто из заключенных не нападал на них.
— Они что, под кальмой? — шепнула она один раз.
— Что?
— Успокаивающий наркотик. Мы иногда его используем на Терре, — он бросил на нее взгляд, и она вздохнула. — Забудь. Вы что-то им подмешиваете в воду? Почему они ничего не делают? Не пытаются с нами драться?
— Потому, что я им предлагаю то же самое, чем они занимались раньше, — он сделал паузу, и повернулся. — Насколько я помню, ты тоже со мной не дралась.
Она изобразила то, что было бы кокетливой улыбкой в исполнении дочери благородного семейства из шпилей Терры, одетой со всей пышностью. Здесь же это выглядело слегка дешево и злобно.
— Ну, — поиграла она хвостиком волос, — ты был со мной гораздо более мил, чем с этими людьми.
— Разумеется. — Септим двинулся наружу. За ними потащились Марук и слуга. Остальным было велено ждать прихода других членов экипажа, которые разведут их по прочим частям корабля, где они смогут помыться и приступить к новым обязанностям.
— Так почему ты был со мной милее? — спросила она.
— Потому, что ты застала меня врасплох. Я знал, что ты навигатор, но мне не доводилось их видеть до того момента, — его человеческий глаз блеснул в свете лампы. — Не ожидал, что ты окажешься такой красивой.
Она порадовалась, что темнота скрывает ее улыбку. Когда он старался, то мог говорить именно то, что нуж…
— И потому, что ты была так важна для Легиона, — добавил он. — Я должен был обращаться с тобой осторожно. Так приказал хозяин.
На этот раз мрак скрыл яростный взгляд. Идиот.
— Как тебя зовут? — обратилась она к Маруку.
— Марук.
Прежде, чем ответить, она улыбнулась. От этого зрелища он заподозрил, что ее отец, должно быть, просто рассыпался под такими взглядами.
— Не привыкай к нему, — произнесла она. — Наш хозяин и господин может иметь на этот счет иное мнение.
— А как твое имя? — спросил Марук.
— Октавия. Я восьмая.