— Нет, нисколько.
Она рассмеялась и поцеловала его в щеку.
— Вот он какой, мой сын.
Нина осторожно погладила его вьющиеся волосы.
— Он очаровательный. Посмотри, Миша, какая прелесть.
Миссис Робертс благодарно улыбнулась ей.
— Да, он славный. Бог даст, и у вас скоро будет такой же.
— Нет, не такой. Он прелестный, но это маленький англичанин. А наш будет русский.
Брови миссис Робертс поднялись. Она холодно посмотрела на Нину.
— Я еще должна переодеться к обеду… — И пошла к дому унося ребенка.
— Какая вы счастливая, Нина, что выходите замуж за русского…
Зеленые волны высоко взлетали и падали, разбиваясь белой
пеной, на теплый серый песок. Купающиеся прыгали, держась за Веревку. По берегу ходил усатый фотограф. Из казино доносилась музыка.
Они лежали на песке. Миссис Робертс посередине, слева Нина, справа Михаил Андреевич.
— Подумайте, вы говорите по-русски на ты. Вы можете сказать: я люблю тебя.
Он пристально посмотрел на губы миссис Робертс.
— А вы разве никогда не говорили этого по-русски?
Она вытянулась, подставляя солнцу белые колени.
— Нет. Никогда. Только по-английски, и это совсем не то.
— Оттого вы так удивительно и говорите. Повторите еще раз, пожалуйста.
— Я люблю тебя… — сказала она снова медленно и нараспев. Нина покраснела.
— Какая вы сентиментальная. Совсем обангличанились, — она встала.
— Пойдемте лучше купаться.
Миссис Робертс вбежала в воду и, взмахнув руками, поплыла. Нина схватилась за веревку.
— Миша, держи меня, я боюсь.
Но он уже плыл за миссис Робертс.
— Держись покрепче за веревку, Нина. Я сейчас вернусь. Миссис Робертс легла на спину, раскинула руки и смотрела сквозь ресницы в горячее, синее небо.
Он подплыл к ней.
— Хорошо вам? — спросил он тихо, заглядывая ей в лицо.
— Хорошо, — ответила она так же тихо и улыбнулась.