Зеркало. Избранная проза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ответа нет… Вера стоит под деревом. Так хочется его сейчас увидеть. Она поворачивает к дому, идет мимо беседки. Может быть, спрятались туда от солнца? Держась за перила, она взбирается на лесенку. Всего пять ступенек, но она устала. Она, улыбаясь, толкает дверь. Темно. После солнечного света сразу ничего нельзя разобрать. Но они тут, она слышит шорох. И пристально всматривается…

И вдруг видит: Люка лежит на коротком диване, голые ноги свешиваются на пол. Арсений на коленях и голова его у Люкиных голых ног. Что?.. Что это?.. Вера не понимает. Не может, не хочет понять.

— Арсений! — вскрикивает она.

Арсений быстро поворачивается к ней, глаза у него шалые и подлые. И уже нельзя сомневаться.

Вера поднимает руку, словно отталкивая от себя этот взгляд, делает шаг назад, туда, к лестнице, и всей тяжестью опирается о перила. Тонкие перила трещат. И последнее, что она видит — нестерпимо синее, стеклянное небо над головой. И вдруг стеклянное небо трескается. Большие куски синего стекла со звоном и грохотом летят вниз, прямо на землю, прямо на Веру…

Веру перенесли в дом. Она лежит на диване в той самой комнате, где только что шила, и на столе у окна все еще белеет маленькая кофточка, а в спинке кресла вколота иголка с длинной извивающейся ниткой.

Люка стоит на пороге и смотрит на сестру. Верины открытые глаза бессмысленно устремлены прямо вверх, в потолок, лицо бледно и неподвижно, запекшиеся губы полуоткрыты. «А-а-а», — ни на минуту не прерывается крик. Неужели это кричит Вера? Разве нельзя ее унять?

Екатерина Львовна и горничная суетятся. Арсений побежал за доктором.

Вера все кричит.

— Сейчас, сейчас, Верочка, подожди. Сейчас, ради Бога, — Екатерина Львовна расстегивает Верино платье, мочит ей лоб холодной водой. — Сейчас, Верочка. Как это случилось, Люка? Отчего?..

— Я не знаю, — растерянно говорит Люка. — Она, кажется, хотела зайти в беседку и оступилась… Я не знаю.

— Верочка, Господи, Верочка, не кричи так…

Наконец доктор. Дверь в гостиную закрывается. Туда нельзя. Люка садится на диван и ждет. Арсений с перекошенным бледным лицом шагает из угла в угол. Люка прижимает руки к груди.

— Арсений, что это было?

Но он только молча отмахивается от нее. А крик все продолжается. Пробегает прислуга с полотенцами.

— Арсений, — спрашивает Люка, — Арсений, я не понимаю. Вера….

Арсений останавливается перед ней, смотрит на нее с ненавистью:

— Отстаньте, — говорит он сквозь зубы, — это из-за вас, из-за вас…

Опять пробегает горничная, неся подушки и простыни. И вдруг становится тихо. Люка вытягивает шею. Слышны только слабые стоны.

Люка осторожно открывает дверь. На полу миска с водой, полотенца, на докторе белый халат, и на белых подушках Верино бледное лицо. Лихорадочные горящие глаза останавливаются на Люке.

— Будь ты проклята! — Верин голос звучит хрипло. — Будь проклята! Будьте вы прокляты!

— Верочка, — ужасается Екатерина Львовна.

— Прокляты, прокляты! — злобно и настойчиво повторяет Вера.

— Верочка…

— Прогони ее, мама! — вдруг вскрикивает Вера. — Не пускай! И к гробу не пускай! Она мне мертвой глаза выткнет! Будь она проклята!

— Уходи, уходи, — Екатерина Львовна испуганно выталкивает Люку и захлопывает дверь.

— Мама, — кричит Вера, — это они убили меня! Она и он! Будь они прокляты! Прогони, прогони его!

— Сейчас, сейчас, Верочка. Не волнуйся. Доктор, скажите, что ей вредно волноваться.

Дверь снова отворяется.

— Я прошу вас, — губы Екатерины Львовны дрожат и дергаются. — Уходите сейчас. И никогда… никогда, — она ловит воздух ртом, как рыба на песке, и не может кончить.