— Вот! — рявкнул он.
Когда эльф исчез, Рэндальф тщательно обследовал конверт.
— Какой элегантный, благородный почерк! — заметил он. Затем поднес конверт к носу и глубоко вдохнул. — И от него, если я не ошибаюсь, еще исходит запах розовых лепестков… Интересно, кто написал это письмо? Может, какая-нибудь колдунья… Или принцесса?..
— Почему бы тебе не вскрыть конверт? Сразу и узнаешь, — посоветовала Вероника.
— А потому, моя нетерпеливая пернатая подружка, что половина удовольствия от получения письма заключается в угадывании его содержания! — сказал Рэндальф. — Это ведь может быть все, что угодно: любовное послание, денежный чек, поздравление….
— Или последнее предупреждение о необходимости немедленно выплатить долг, — заметила Вероника.
— Сейчас увидим. — И Рэндальф, сунув палец под клапан конверта, осторожно надорвал его вдоль верхнего сгиба и вытащил большую розово-белую карточку. — О, как дрожат от нетерпения мои пальцы! — воскликнул он и впился глазами в написанный на карточке текст. Брови его изумленно полезли вверх.
— Ну? — спросила Вероника. — Хорошие новости или плохие?
— Это приглашение… — растерянно сказал Рэндальф.
— Значит, хорошие, — заявила Вероника.
— От Рогатого Барона и его уважаемой супруги…
Вероника застонала.
— Боже, я, кажется, поспешила с выводами!
— Прочитай его вслух, господин мой, — попросил Норберт.
Рэндальф кивнул и откашлялся:
— «Дорогой Роджер Морщинистый…»
— Как ты можешь? Фу! — проворчала Вероника. — Читать чужие письма просто недопустимо!
— Заткнись, Вероника! — сказал Рэндальф. — Итак, где я остановился? Ах, вот: «…Рогатый Барон, правитель Чвокой Шмари, Дальних Пределов и Великих Долин, всеми любимый, щедрый, веселый и остроумный, обожаемый своими подданными…»
— Продолжай, продолжай скорее! — Вероника просто сгорала от нетерпения.
Рэндальф нахмурился:
— Так-так-так, что там дальше? Ага: «…и его прекрасная и благородная супруга Ингрид…» Все это чушь собачья! Начнем вот отсюда: «…имеют честь пригласить Роджера Морщинистого и всех его товаришей-волшебников на бал, который устраивается бароном и баронессой в чудесном парке их дивного фамильного замка. (Найти нас очень легко: сверните налево от Гнилых Гор и следуйте показаниям собственного носа!)…»
— Ну, разумеется! — нетерпеливо воскликнула Вероника. — Всем известно, где находится его замок. А когда состоится бал?
— Ах да! — Рэндальф вновь обратился к письму и тут же вскричал: — О, Великие Луны Чвокой Шмари! Это же сегодня! В два часа дня! И они очень просят, чтобы бал открыл именно волшебник. Желательно, сам Роджер Морщинистый…
— Значит, они будут сильно разочарованы! — фыркнула Вероника. — Вот уж действительно придумали: бал в саду! Видели бы вы, в каком состоянии находится сад Рогатого Барона! Спорить готова: вряд ли кто-то в здравом уме захочет принять участие в подобном «празднестве»!
— Ты упускаешь главное, Вероника, — заметил Рэндальф. — Тому волшебнику, который разрежет ленточку и скажет несколько слов по поводу открытия бала, заплатят целых три золотых! И он может сколько угодно лакомиться бланманже! А у меня в кармане вряд ли отыщется даже медный грош, — печально прибавил он. — Нет, я просто не могу позволить себе упустить такую возможность!
— Но как же мы пройдем туда? — упорствовала Вероника. — Да и бал начинается уже в два часа, ты сам сказал.
— Начало полудня! — пропищал эльф, высовывая голову из-за дверцы настенных часов.
— А мы воспользуемся тем, что всегда позволяет нам перенестись в любое место достаточно быстро! — ответил на доводы Вероники Рэндальф.
— Только не крылатые сапоги!.. — побледнев, пробормотал Норберт.
— Иного выбора у нас нет, — твердо сказал Рэндальф.