— Ах правду, ах так?
— Да, так!
Вошел завуч. Все его сразу увидели и замолчали. Одна Катя стояла спиной к двери и продолжала кричать.
— Ермолова, — сказал ей завуч.
Но она не слышала, а все кричала:
— Да, так! Да, так! — И даже показывала язык.
— Ермолова! — сказал завуч громко.
Катя наконец услышала и замолчала.
— Вот кто главный закоперщик, оказывается, — показал завуч рукой на Катю, — а мне говорили, что она исправляется. Ты хотела пойти в кино вместо уроков? Сходи. А вечером часов в пять приведешь ко мне родителей.
Катя молчала. Все молчали тоже.
— Ну, что ты стоишь? Марш из класса! — крикнул завуч неожиданно тонким голосом.
И Катя в тишине стала убирать учебники в портфель. И все получалось у нее очень громко и неуклюже. Потом она закутала платком клетку. А все стояли у парт и молчали. Прозвенел звонок. А все стояли, не сходя с мест, и завуч стоял и молчал.
Катя вышла в коридор. Пошла по лестнице. Вверх, навстречу ей бежали в свои классы опоздавшие ученики, вероятно, из буфета.
Катя медленно одевалась. Потом ей было никак не открыть дверь, потому что мешала клетка. Потом дверь все-таки открылась. Катя вышла на улицу, а дверь громко хлопнула. И хлопнула еще раз. Катя оглянулась. Ее догонял Дорин.
— Я тоже с тобой, — сказал он и засмеялся.
— Ты? — удивилась Катя, — а тебя за что?
— Ни за что. Я сам.
— Как так сам?
— Я чихнул специально шестнадцать раз подряд, и Василиса Аркадьевна отпустила. Чтоб другие не заразились. Нос до сих пор болит. Так я себя чихать заставлял.
— Зачем? — удивилась Катя.
— Мы вместе к твоим родителям пойдем, чтобы они поверили.
И они пошли домой к Кате. Дорин нес Катин портфель, а Катя несла Петьку.
Родители, конечно, работали, и дома никого не было.
Катя повесила клетку на место, а потом сказала:
— Пошли на санках кататься.
Они катались с деревянной горки сначала по очереди, потом вместе, потом снова по очереди. А на улице было так светло, и небо вокруг все синее. И яркое солнце. Оно было очень ярким, но чтобы почувствовать тепло от него, нужно было долго стоять, замерев, и только тогда солнце начинало греть щеку.
На санках кататься им скоро надоело, — каждый раз поднимать за собой. И они стали кататься стоя, держась за руки. Катя не упала ни разу, а Дорин часто падал, но сразу вскакивал и смеялся.
Потом они грелись у Кати дома, кормили черепаху простоквашей, а потом Катя повела Дорина в зоомагазин. В зоомагазине было тепло, и Катя долго стояла около разноцветных рыбок, плавающих между водорослями в аквариумах.
Дорин все удивлялся, как плохо здесь в зоомагазине пахнет. А Кате наоборот этот запах нравился, и она постояла бы еще около змей, если бы не Дорин.