Дом на Тара-роуд: читать начало книги онлайн

— Ох, Рия, перестань. Если бы ты была права, эти фирмы давно прогорели бы. Они берут на работу абсолютно честных людей, с лучшими рекомендациями. Иначе бы давно вылетели в трубу.

Говорить с Розмари было бесполезно. Сейчас она гораздо больше интересовалась своим садом. Шпалеры привезли и тут же поставили. Через несколько дней наверх подняли контейнеры с вьющимися растениями.

— Конечно, у меня будет море роз, — сказала Розмари Рии. — Здесь — розовые «Буш Рамблер», а с этой стороны «Мускоза» и «Мадам Пьер Оже». Как ты думаешь, что добавить еще? — Розмари советовалась с Рией так, словно и впрямь хотела знать ее мнение.

— «Голден Шоуэрс». — Это был единственный сорт, название которого она помнила.

— Да, но это желтые. Я хотела бы создать целые кущи роз одного цвета. Для вящего контраста.

Розмари никогда не говорила о том, как это будет выглядеть в глазах других людей; она опиралась только на собственный вкус. «Конечно, ей хочется, чтобы все восхищались ее садом», — думала Рия. Впрочем, кто его знает? В последнее время она сомневалась во всем, что касалось подруги. Еще три месяца назад Розмари не отличала одного цветка от другого, а теперь помогала рабочим питомника таскать горшки с жимолостью, жасмином и глицинией так, словно всю жизнь только этим и занималась. Просто поразительно, как быстро она входила в курс дела, которым занималась.

Она и в самом деле устроила новоселье. Рия не знала почти никого из гостей; Дэнни и Барни были кое с кем знакомы. В тот вечер была очередь Полли, поэтому Рия не говорила о мероприятии Моне. Колм надеялся, что стол поручат накрыть ему, но Розмари доверила это другой фирме.

— Ничего не поделаешь, клиенты, — небрежно сказала она, словно это все объясняло.

Герти прямо спросила, понадобится ли Розмари ее помощь, и Розмари так же прямо ответила, что нет.

— Я не могу рисковать. Джек может явиться сюда в любой момент и потребовать у тебя либо приготовить ему обед, либо исполнить супружеский долг, либо и то и другое сразу.

На новоселье присутствовала мать Розмари, а также Эйлин со Стефани.

— Ты знаешь кого-нибудь из этой толпы? — ворчливо спросила миссис Райан у Эйлин.

— Нет, мать. Я знаю только адвокатов и борцов за права сексуальных меньшинств, а Розмари занимается бизнесом.

— Не думаю, что кто-нибудь из них может похвастаться благородным происхождением. — Эйлин вздохнула. Розмари, проходившая в этот миг за спиной матери, произнесла одними губами фразу, которая вертелась у матери на языке.

— Всюду одни выскочки. — Эйлин и Стефани покатились со смеху. Миссис Райан испугалась. — Послушайте, ведите себя поскромнее. Вы и так привлекаете к себе внимание.

— Чем это? Кажется, мы пришли сюда не в рабочих комбинезонах, — сказала высокая и гибкая Стефани. Эта женщина с длинными каштановыми волосами была очень хороша собой.

— И не в бейсболках, — хихикнула Эйлин.

Миссис Райан вздохнула. Ни у кого не было таких проблем, как у нее. Да, квартира богатая и стильная, но не видно ни одного мужчины, за которого Розмари могла бы выйти замуж. Однако от фоторепортеров не было отбоя. Розмари сфотографировалась с известным политиком, а Дэнни и Барни — с не менее известной актрисой на фоне сада с цветущими розовыми кустами и панорамы города. Портреты Розмари появились на финансовых полосах газет, а портреты всех остальных — на полосах, посвященных недвижимости. Заявки на квартиры в доме тридцать два по Тара-роуд потекли рекой. Все были счастливы.

Теперь, когда Розмари стала их близкой соседкой, Дэнни и Рия видели ее гораздо чаще, чем прежде. Обычно она приходила в семь вечера и проводила у них около часа. За это время они успевали выпить в гостиной по бокалу вина, смешанного с содовой. Рия приносила горячий сыр с пряностями или кусочки ветчины с завернутыми в них миндалем и черносливом. То, что Розмари их отвергала, значения не имело; немного съедал Дэнни, а остальное доставалось ей и детям. Кроме того, она получала возможность продемонстрировать приобретенный на аукционах фарфор эпохи королевы Виктории.

Дети оставались на кухне со строгим наказом не драться и ничего не трогать на плите. Рия взяла себе за правило регулярно делать прическу и слегка краситься. Постоянное общение с элегантной Розмари не прошло бесследно.

— Наряжаешься для леди Райан! — фыркала ее мать.

— Зато ты, мама, наряжаешься всегда. Думаешь, я ничего не замечаю? — отвечала ей Рия.

Нора стала носить маленькие плоские шляпки без полей в стиле Одри Хепберн, купленные в комиссионных магазинах. Эти шляпки вызывали у Дэнни бурное восхищение.

— Ну, Холли, теперь только попробуйте сказать, что вы не похожи на Одри. Вы могли бы быть ее младшей сестрой.

Герти тоже не одобряла визитов Розмари.

— Рия, ты ждешь ее так, словно ты ее горничная.

— Ничего подобного. Просто они работают, а я нет, вот и всё. Кроме того, мне приятно иметь комнату, которой можно гордиться.

— Конечно. — Герти была обижена на Розмари. Та пользовалась услугами профессиональных уборщиков, а Герти хотелось посмотреть изнутри на квартиру, фотографии которой публиковали газеты. — В тридцать втором действительно так красиво? — спрашивала она Рию. Было бы приятно рассказать об этом клиентам прачечной. Даже если информация получена из вторых рук.

Рия редко водила Брайана в апартаменты Розмари. Мальчику было уже три года, и он мог нарушить тишину и спокойствие этого места. Она то и дело извинялась за производимый им шум, беготню, цепкие объятия и требование внимания. Энни же вообще не хотела ходить к Розмари; там для нее не было ничего интересного. Зато было слишком много ничем не заполненного пространства.

— Ты обязана приводить с собой детей, — настаивала Розмари. Но Рии было проще не делать этого. Она любила своих детей и не хотела извиняться за их поведение, казавшееся ей совершенно естественным. По субботам Дэнни часто работал; пользуясь этим, она оставляла детей на попечение бабушки и шла к Розмари одна. В пентхаусе было так тихо и элегантно, словно здесь с самого новоселья никто не разбирал постель, не готовил еду и не стирал белье. Даже сад выглядел так, словно каждый цветок в нем был не настоящим, а нарисованным.