— Понятно.
— Это в первый раз, — упрекнул Хальдерс. — Я здесь еще не был.
Винтер не ответил. Молча кивнул на дерево.
Хальдерс подошел ближе.
— Значит, это и есть ваша чертова метка… Может, пацаны намалевали?
— Вполне возможно. Только это надо подтвердить.
— А это точно краска?
— Да. Акрил.
— А не кровь?
— Нет.
— Но смысл в том, чтобы походило на кровь, — уверенно сказал Хальдерс. — Чтобы походило на кровь и все думали, что это кровь.
— Очень может быть.
— Значит, ты считаешь, есть смысл… Вполне резонно связать этот знак с убийством женщины. — Хальдерс поднял руку. — Подожди минутку. Не комментируй, я просто думаю вслух. Вот пацанье… Они тут забавляются, малюют что-то на дереве, а потом краска кончилась… нет, их кто-то спугнул… или они и не хотели больше ничего малевать. Получился знак, выглядит мистически, а теперь им интересно, видели ли мы это… и почему, если видели, молчали, почему их художество не публикуют в газетах…
— Сегодняшние пацаны прекрасно понимают, чем занимаются в полиции, а знак — это уже вещественное доказательство.
— Об этом я не подумал. — Хальдерс демонстративно хлопнул рукой по лбу — вот, дескать, тупица.
— А что за люди в Хеленевике?
— Приятные и приветливые.
— Вот как?
— Симпатичная пара в огромной вилле пригласила на выпивку.
— Это приятно… И как?
— Я сказал, что при исполнении.
— И может быть, пропустил что-то важное…
— Что?! Бегу назад!
Винтер пожал плечами и улыбнулся.
— Есть еще кое-что… но это я мог и напридумывать. Задним числом, как говорят.
— И что же?
— Да нет, пустое… Обход домов дал ровно столько, сколько мы и ожидали. Почти ноль. Никто ничего не видел и не слышал.
— А собаковод? Собаковод и видел, и слышал.
— Он псих.
— Психи — лучшие свидетели. Ты не знал?