— Что?
— Одежду распахни.
Вейтлинь повиновалась. Быстрый укол под левой грудью, капля крови, точно так же свернувшаяся в камень.
— Волосы со лба откинь.
Операция повторилась. Ещё два камня были вживлены в области сердца и головы. Арайна кивнула Вейтлинь, давая понять, что крови больше не требуется, и встала над столом, разглядывая чертёж с видом человека, наполовину сделавшего какую-то сложную работу — уже можно любоваться и предвкушать будущий шедевр, но в этом есть опаска запороть своё творение. Её холодное лицо стало почти человеческим.
Впрочем, тут же снова оледенело, когда Арайна почувствовала взгляд Вейтлинь.
— Можешь идти.
Девушка смирила любопытство — в конце концов, не её дело. Пока она шла от покоев гранда к купальням, всевозможные варианты решения проблем передачи моторных навыков сами по себе возникали в её голове. Она перебирала их и отбрасывала — нет, глупости, чепуха… А вот это может сработать, хотя тоже ерунда… А если так?..
Она вошла в купальни, скинула шкурку в бассейн с солёной водой, разулась и нырнула прямо с бортика. Было уже позднее утро, и народу здесь было немного, девушки плавали кто в шкурках, кто нагишом, как она. Недалеко Вейтлинь увидела Пятницу, на этот раз притворяшка была при собственном облике. Они обменялись сдержанными кивками.
Всё-таки странное в Башне сложилось отношение к девушке-лицедейке. Когда-то она жила в южном захолустье, где не было представительства Дома Искусников. Потом Тьярми по какой-то причине решил прихватить её с собой в Башню.
Здесь рабыня Дома неожиданно прижилась и поладила со сверстницами-ученицами. Не последнюю роль здесь сыграла Сара. Анима меняла всё, к чему прикасалась, и знать не знала сословных отличий, плевала на все формальные ранги. Пятница — имя девушке тоже дала Сара, — сошлась с Варишей и каким-то образом умудрилась выслужиться перед магнусом. Хаар за что-то её очень ценил. Тьярми не оставлял свою протеже и, кажется, принялся серьёзно учить чему-то.
Вейтлинь даже немного ревновала. Нынче что, в моде заводить молоденьких подружек? Так и она вполне бы сошла… Столь же экзотична теперь, как и лицедейка.
Несколько раз переплыв бассейн, она села на каменное ложе и вызвала поток воды, массирующий усталое тело. Благодать, так и уснуть можно, вот только не давал покоя чужой изучающий взгляд.
Пятница. Чего ей надо?
Вейтлинь приподняла ресницы. С тех пор, как она обрела Тьму, многое виделось по-новому. Основной облик Пятницы нравился бы мужчинам. Милое личико, изящные руки, упругая небольшая грудь, стройная талия, соразмерные бёдра и длинные ноги…
Но то было внешнее. Вейтлинь старалась не смотреть на Пятницу слишком внимательно, то, что скрыто от обычного взора и было видимо ей, вызывало тошноту и страх.
Светлая кожа Пятницы была повсюду испятнана чёрными отметинами боли. Так представали Вейтлинь следы живодёрской операции, слепившей из девушки лицедейку. Приживление мускулов по всему телу и лицу, чтобы сделать облик текучим, магическая модификация сухожилий и суставов ради возможности менять манеру движения.
И ещё более жестокое вторжение в разум, расщепившее сознание, благодаря которому Пятница в разных своих обликах даже думала по-разному.
Эта идеальная лгунья как будто вовсе не смотрела на Вейтлинь — да вот только та вдруг открыла в себе умение чувствовать чужие недобрые взгляды. В чём дело? Вроде не ссорились, они в последнее время мало виделись, да и вообще прежняя Вейтлинь была довольно заносчива и не особенно общалась с той, которую считали просто имуществом дома.
Девушка вылезла из бассейна, прошлась туда, сюда, стряхивая вялость после тёплой воды. Встала перед участком стены, испещрённым дырками.
— Ветер, — тихо шепнула.
Поток воздуха быстро обсушил. Вейтлинь присвистнула, призывая свою шкурку из бассейна, та приплыла, вылезла и отряхнулась. Девушка наступила на неё ногами, и шкурка заползла вверх по телу, привычно подогналась так, как она обычно носила.
Выходя, Вейтлинь всё ещё ощущала на себе взгляд Пятницы, но скоро забыла об этом.
— Джерф, какого храя?!.
Удар, пришедшийся в пустоту. Чудовище скользило, избегая его копья.
— Это же я, Хегор!..
— Молчи! Ты — не он!.. — удар. Опять мимо.
— Джерф, прекрати!.. Я скоро не смогу его удержать!.. — непонятное создание вдруг выскалилось. Рот широко распахнулся, за рядами белых зубов трепетал чёрный раздвоенный язык. кошмарное зрелище, но Джерфу немедленно полегчало — теперь никто бы не сказал, что тварь похожа на знакомого мальчишку, что погиб по его вине.
Ладно. Это чудовище, обычное чудовище… Хорошо, необычное, раньше он с таким не сталкивался, и разговоров не слышал. Будь осторожен, парень, чудо-юдо может быть как и относительно безобидно, так и предельно опасно.
Но Джерф в любом случае собирался его убить, на всякий случай. Он сделал выпад копьём, тварь текуче уклонилась и атаковала сама, рубанув широко расставленными пальцами по копью. Не задурно по наконечнику, а по древку сразу за ним.