Джил не ответила.
— Они же всегда могут что-то сделать, правда?
— Конечно, но возможно, это будет не то, чего бы мне хотелось.
Грейс слышала о выскабливании. Дани рассказывала ей о девочке, которой в прошлом году выскабливали полость матки. В принципе, это она назвала случившееся «выскабливанием». Любой другой назвал бы это абортом.
— Я имею в виду, что должны быть средства, чтобы спасти ребенка.
Джил с безумным видом осмотрелась вокруг.
— Ключи, — произнесла она и побежала в кухню.
Грейс поспешила за ней.
— Я возьму, тетя Джил. Скажи мне, что делать. Для этого я здесь.
— Ты здесь, — сказала Джил, — чтобы отвезти меня в больницу.
Грейс замерла.
— Я не смогу. У меня нет прав.
Джил схватила ключи и пошла к выходу.
— У меня есть права, а у тебя ученическое разрешение. Мы вполне можем ехать.
Грейс была близка к обмороку, но по инерции шла за тетей.
— Я не могу сесть за руль.
— Я тоже. Но я не хочу умереть от кровопотери.
— Позвони маме.
— Ей понадобится десять минут, чтобы сюда доехать, а еще надо одеться. И потом, кто останется с Диланом?
— Тогда дедушке. Он всего в одном квартале отсюда.
Джил уже спустилась по лестнице и обернулась.
— Нет, Грейс. Ты здесь. И ты умеешь водить.
— В последний раз, когда я это делала, я сбила человека.
— Это твой шанс искупить свою вину. — Джил сунула ключи девочке в руку, открыла дверь и вышла.
— Идет дождь, — заплакала Грейс, следуя за ней. — Идет дождь! Я не могу.
Джил обернулась. Она взяла Грейс за плечи и решительно, с отчаянием сказала:
— Ты мне нужна, Грейси. Именно сейчас ты — все, что у меня есть.
— Но это же… это же фургон.
Джил улыбнулась.
Там автоматическая коробка передач. Это проще простого.