В то время, как Антон расслабился, Леська, наоборот, очень испугалась. Обычно, дотрагиваясь до него, она ощущала нервное дрожание стихии — бурно горевший костер где-то глубоко внутри, яркое пламя, веселое, сильное, неугомонное. А сейчас — ничего, легкий шорох золы, пепел на ветру… Но еще больше она испугалась, когда Антон внезапно дернулся у нее в руках, распахнул глаза в красных прожилках, как будто он не спал двое суток, и заорал дурным голосом:
— Где Сашка?!! Где она?!! Найди Сашку срочно!!
— Да тут она. Пошла… эээ… нос попудрить.
— Иди за ней! Найди ее!
— Она, думаю, без меня справится… Успокойся же, вон она идет, никто ее там не сожрал.
Антон и сам уже подавил приступ паники. Фактически до дня летнего солнцестояния Сашке ничего не грозило, а до него еще две недели.
Сашка подошла к живописной группе, склонилась над сидящим на полу Антоном и спросила подругу:
— Че это с нашим принцем?
— Не знаю, но мне это не нравится.
Леська хотела было подняться, чтобы помочь встать Антону, но тот попросил:
— Не убирай руки.
И она осталась сидеть рядом с ним, держа его голову. И каким-то шестым чувством ощущая, как пепел на ветру постепенно разгорается вновь.
Сашка всмотрелась в шальные глаза друга, оценила бледность лика и спросила:
— Ты что, компотом в буфете отравился? Тебя ж предупреждали, там можно брать только минералку…
Потом она принюхалась, и ее лицо изменилось. Она бесцеремонно обшарила у Антона карманы, выудила фляжку, открыла, понюхала…
— Аконит? — возмущенно выдохнула ведьма. — Какого черта?… Сколько ты вылакал?
— Всю, — брякнул Чертов Викинг.
— Вот холера! — выругалась Сашка, роясь в своей сумке. Из полезного нашлись только таблетки активированного угля, да еще и просроченные. Ведьма, ничтоже сумняшеся, что-то на них пошептала, потрясла ими в кулачке и запихала их в рот приятелю, приказав:
— Глотай.
Леська тем временем тоже осмотрела фляжку и резюмировала:
— Саш, тут замешано на магии, дело не в отравлении.
— Может быть, — философски ответила подруга, — но поверь, такое количество отравы все равно ему не на пользу. Так что, уголь не помешает.
Антон постепенно приходил в себя, наконец он смог встать. Окружающий мир проступал из серой мглы, обретая форму и цвет. Как и в прошлый раз Антон опять удивился, как же вокруг красиво.
— Ну и зачем ты это пил? — спросила Леська, глядя как друг озирается, будто только что прозрел.
Антон ответил не сразу. Его терзал вопрос — рассказывать всё или не рассказывать. С одной стороны, это же его девчонки, к тому же Сашке грозит опасность, значит, она имеет право знать. Но с другой… Как соблазнительна была идея устроить ловлю на живца… Поймать некроманта, получить книгу, вернуть долг альвам, и разделаться с Неблагим Двором, по крайней мере до тех пор, пока они опять не прищучат его на горячем. Если Сашка будет в курсе, она будет дергаться, если вообще согласиться работать наживкой, некромант может заподозить неладное, переждать, поискать другого мага… Антон честным взглядом посмотрел на подруг:
— Экспериментировал. Хотел расследовать убийство Морта. Не вышло.
Леська скептически подняла брови, Сашка потребовала деталей, но Антон отбился шутливым «малы вы еще такие сказки слушать», и девчонки мигом надулись и перестали расспрашивать. Больно надо, если такой гордый. Чего Антону и требовалось. Впрочем, дуться на него долго было невозможно, и из университета они вышли, болтая как ни в чем не бывало.
— Ну что, по домам? — напомнила Сашка. Они с Леськой сегодня не собирались на работу, потому что завтра им светил экзамен.
— Ага, пока, — махнула подруге Леська. С Антоном она пока не прощалась, потому что пару кварталов им было по пути. Антон встрепенулся, недавние страхи всколыхнулись в нем, и он выпалил:
— Саш, погоди, я тебя провожу!