Не теряя времени даром, кавалер спросил:
— Так в чем дело, Модек Тван?
Смуглокожий меркурианец тяжело дышал. После погони его красноватые глаза приняли такое же выражение, какое бывает у затравленного в собственной берлоге зверя.
— Кавалер, у нас на Меркурии радио перехватывает какие-то неясные послания. На всякую информацию о них наложена жесточайшая цензура.
— А откуда идут эти послания? Разгадан ли их смысл?
Модек Тван скривился в усмешке.
— Благодарение богам — власти в этом ничего не поняли, кроме того, что эти сведения — потрясающей важности, которые они и утаивают. К своей выгоде, разумеется. Давехат могла бы, наверное… Я сам немногое знаю… Мне просто было поручено войти в контакт с вами, но меня предали, выследили, и теперь я обречен.
— Да в чем вы, собственно говоря, виноваты?
— В том, что я знаю. Знаю немного, совсем немного, но этого достаточно, чтобы меня нейтрализовали — проще говоря, уничтожили, как многих других друзей Давехат.
— Что вы имеете в виду?
— Их убили или запрятали в тюрьму на спутнике.
— Вы в этом абсолютно уверены?
Кокдор был потрясен. Смуглый меркурианец неожиданно подтвердил то, о чем он сам уже догадывался. И Жолена неспроста приходила в его уединенное обиталище в горах Прованса.
— Но почему, клянусь всеми богами Вселенной, почему? Что же такого ужасного в этих посланиях?
Кокдор вспомнил друга Дона Клиффорда из военного госпиталя, которому, видимо, помогли умереть. Вспомнил самого Дона и капитана Фарта, узников, томящихся в космической тюрьме фантастической планеты.
Вдруг Модек Тван вздрогнул. Люк Дельта жестом показал, что по коридору, по направлению к каюте, кто-то идет.
Ракс тоже напрягся. Ошибки быть не могло: это приближались охранники, разыскивая свою жертву. Биоволновые датчики засекали всех меркурианцев, находившихся в зоне их действия. Охранники допрашивали одного за другим.
— Сейчас они будут здесь, — медленно произнес Модек Тван.
Его тон поразил Кокдора и Люка в самое сердце, хотя меркурианец казался смирившимся и спокойным.
Подумать только, что его ждало…
Теперь он заговорил быстро:
— Я понимал, что не сумею и не успею вам все объяснить, да и знаю я немногое, но я все рассказал Доротее. — Он указал на орхидею-медиум.
Люк Дельта подскочил от удивления:
— Так вы знали о существовании цветка?
— Давехат многое известно. У меня были точные инструкции. Но я могу вам все же сказать, что тот, кто расшифрует послания и сможет сохранить их тайну, станет могущественнее, чем хозяин мира. Ни один диктатор, император, властитель даже во сне не видел такого могущества. О, такой человек станет равным богам, а может быть, и выше их.
“Уж не бредит ли Модек Тван?” — подумал Бруно.
Однако события подтверждали правоту меркурианца — ведь межпланетные власти явно намеревались набросить на этот уникальный SOS завесу, сотканную из тьмы, а если понадобится, и из крови.
В спешке Кокдор проговорил:
— Вам надо обязательно спастись, Модек Тван, чтобы дать объяснения…
Меркурианец жестом остановил его.