Осколок Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я думаю? Да я в этом уверен! Невозможно было объяснить это странное, едва заметное давление. Что-то необъяснимое убило Питера и Соню Ласкиных. QED[3].

Вокруг нейтронной звезды, все еще невидимой, звезды напоминали лучеобразно размазанные капли масляной краски. Они горели злобным, ослепительным светом. Я повис на ремнях лицом вниз и задумался.

Прошел час, и я мог с уверенностью сказать, что давление по-прежнему усиливалось, а до перигелия оставался еще час.

Какая-то сила давила на меня, не воздействуя на корабль.

Нет, это ерунда. Что может пробраться ко мне сквозь корпус изделия «Дженерал Продактс»? Дело в другом: что-то толкает корабль, отклоняя его от курса.

Если это будет продолжаться, я включу двигатель и уравновешу неизвестную силу. Корабль тем временем продолжал отталкиваться от BVS-1, теперь это было ясно.

А если нет, если корабль не отталкивается от BVS-1? Тогда ракетный двигатель столкнет «Скайдайвер» с одиннадцатью милями нейтрония.

Почему двигатель все молчит? Если корабль отклоняется от курса, автопилот должен выравнивать его. Акселерометр работает нормально. Он был в полном порядке, когда я его осматривал.

А может быть, это что-то воздействует не на меня, а на корабль и на акселерометр? Опять-таки невозможно: ничто не может проникнуть сквозь корпус изделия «Дженерал Продактс».

К черту теорию, сказал я себе. Выхожу из игры. В диктофон я сказал:

— Давление возросло настолько, что представляет опасность. Я пытаюсь изменить курс.

Конечно, если я поверну корабль прочь от звезды и включу двигатель, мое собственное ускорение прибавится к силе X. Возникнет перегрузка, но некоторое время нужно потерпеть. Если окажусь на расстоянии мили от BVS-1, я кончу как Соня Ласкина.

Она, должно быть, как и я, ждала, повиснув вниз лицом; ждала и не включала двигатель, а ремни врезались ей в тело. Потом они лопнули, и она упала в нос корабля, переломав кости, а потом сила X сорвала кресла с ножек и швырнула их на Соню.

Я включил гироскоп.

Ему уже не хватало мощности, чтобы развернуть корабль. Я включал его трижды, и всякий раз корабль поворачивался на пятьдесят градусов и застревал, а гироскоп без толку выл. Оказываясь без поддержки гироскопа, корабль тут же возвращался в прежнее положение. Ничего не попишешь: придется висеть носом к нейтронной звезде.

До перигелия остается полчаса, а сила X перевалила за g. Голова раскалывалась. Глаза налились, как спелые сливы, — вот-вот упадут. Не знаю, сумел бы я выкурить сигарету или нет, и попробовать не могу: пачка «Фортунадос» выпала у меня из кармана, когда я падал в нос корабля. Вот она лежит в четырех футах от моей протянутой руки, подтверждая, что сила X действует не только на меня, но и на другие предметы. Потрясающе!

Нет больше сил терпеть. Пусть я разобьюсь о звезду, но включу двигатель. И я его включил. Я увеличивал мощность до тех пор, пока не оказался в состоянии, близком к невесомости. Кровь, скопившаяся в конечностях, стала возвращаться туда, где ей положено находиться. На гравиметре значилось: одна и две десятых g. Лживый робот, подумал я.

Пачка сигарет запрыгала по пульту, и я подумал, что, слегка прибавив скорость, поймаю ее. Попробуем. Пачка поплыла ко мне, я протянул к ней руку, но она, как разумное существо, полетела быстрее. Я промахнулся. Еще раз попытался схватить ее, когда она пролетала мимо моего уха, но и тут оказалось, что пачка летит чересчур быстро. Она неслась как сумасшедшая, а я при этом был в невесомости. Набирая скорость, пачка проскочила через дверь в комнату отдыха и исчезла в туннеле. Через несколько секунд я услышал тяжелое: бб-бух!

С ума сойти! Сила X опять тянула кровь к лицу. Вынул из кармана зажигалку, вытянул руку и разжал пальцы. Зажигалка медленно опустилась в нос корабля. А пачка «Фортунадос» грохнулась, будто бросили ее с крыши небоскреба.

Ну ладно, еще прибавим скорость.

Шум реакции напомнил мне, что если продолжать в том же духе, то есть риск подвергнуть корабль серьезнейшему испытанию: столкнуть его с нейтронной звездой на скорости, составляющей половину скорости света. Я представил себе корабль: прозрачный корпус с острым носом, в самом кончике которого находится маленький конус из материи третьего типа.

Когда изолгавшийся гравиметр показал одну и четыре десятых g, зажигалка оторвалась от стены и поплыла ко мне. Я не стал ее ловить. Она долетела до двери в комнату отдыха, и было ясно, что она падает. Я сбавил скорость. Инерция швырнула меня вперед, но я успел отвернуться. Зажигалка притормозила и задержалась у входа в туннель. Потом все же решила войти. Я прислушался, а потом вздрогнул: корабль загудел, как гонг.

Акселерометр находился точно в центре тяжести корабля, иначе масса корабля влияла бы на его показания. Кукольники — фанатики точности.

Я почтил диктофон несколькими фразами и принялся вводить в автопилот новую программу. К счастью, того, что мне было нужно, нетрудно было добиться. Сила X по-прежнему оставалась для меня неизвестной, но я понял, как она себя ведет. У меня была реальная возможность остаться в живых.

Звезды вокруг того места, где находилась нейтронная звезда, превратились в штрихи свирепо-голубого цвета. Мне казалось, что я уже вижу BVS-1, маленький тускло-красный диск, а может, это была игра воображения. Через двадцать минут я обогну нейтронную звезду. За спиной рычал двигатель. Я высвободился из привязных ремней и выплыл из кресла. Дернулся по направлению к корме — и невидимые руки схватили меня за ноги. А руки, казалось, не отталкивались от спинки кресла, а держали десятифунтовую гирю. Это должно скоро пройти. Я запрограммировал автопилот так, чтобы он в течение двух минут убавил тягу от двух g до нуля. К тому моменту, когда тяга сойдет на нет, я должен попасть в центр массы корабля — в туннель.

Что-то проникло сквозь корпус изделия «Дженерал Продактс». Психокинетическая форма жизни, сидящая, как отшельник, на солнце диаметром двенадцать миль? Но как может живое существо переносить такую гравитацию?

Наверное, оно живет на орбите. В космосе есть жизнь: биомолекулы, споры и, может быть, что-то еще, чего мы до сих пор не обнаружили. Черт его знает, может, сама BVS-1 живая. Неважно. Я знал, чего добивается сила X. Она пыталась разобрать корабль на части.

Она отпустила мои пальцы. Я оттолкнулся от кресла и приземлился, согнув колени, на задней стене кабины. Стоя на коленях у входа в комнату отдыха, смотрел вниз, то есть на корму. Когда наступила невесомость, я переполз в комнату отдыха. Теперь смотрел вниз и в нос корабля.

Тяготение менялось быстрее, чем хотелось бы. Чем ближе был перигелий, тем больше делалась сила X, а уравновешивающая ее тяга двигателя ослабевала. Сила X стремилась разорвать корабль на куски: на носу она равнялась двум g со знаком плюс, на корме двум g со знаком минус, а в центре тяжести корабля сходила на нет. По крайней мере я на это рассчитывал. Пачка сигарет и зажигалка вели себя так, как будто по мере их продвижения к корме сила X увеличивалась с каждым дюймом.

Пятнадцать футов отделяли меня от задней стены. Я должен был преодолеть это расстояние при непрерывно изменяющемся тяготении. Я ударился руками о стену и отлетел назад. Опоздал! Тяга двигателя ослабевала, и зона невесомости перемещалась по кораблю, как волна. Она обогнала меня. Задняя стена и туннель оказались «вверху». Отягощенный чуть меньше чем половиной g, я прыгнул ко входу в туннель; на одно бесконечное мгновение заглянул в узкий туннель и понял, что остановился и сейчас упаду назад, а ухватиться не за что. Оказалось, достаточно сунуть в туннель руки и распластать ладони по стенкам. Я подтянулся, влез в туннель и пополз.

[3] Что и требовалось доказать (лат.).