Осколок Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Неужели для вас нет ничего важнее вашей призрачности или реальности?

— Проклятье, ты прав. Нужно что-то делать с этой птицей, — согласился Ра Чен. — Она лежит как раз напротив Дворца.

Безумная толпа

На всем своем протяжении — от центра Лос-Анджелеса до самого моря — Уилшир-бульвар был пешеходной улицей.

Когда-то бетон был расчерчен белыми полосами, высокие бордюры разделяли потоки людей и машин. Теперь полосы стерлись, поверх бетона насыпали землю и посеяли траву. Кое-где даже росли деревья. Остались только дорожки для велосипедов и площадки для вертолетов, перевозящих грузы, которых не могут осилить телепортационные кабины.

Уилшир был слишком широк для пешеходов. Люди, казалось, жались к краю, даже те, кто ехал на велосипеде или самокате. Улица, проложенная для машин, оказалась слишком просторной для людей.

Кое-где проглядывали черты прежнего бульвара. Горбы на газонах отмечали места, где раньше тянулись бордюры. Там, где в бульвар вливались другие улицы, газоны были ровными. В Вествуде до сих пор сохранились бетонные парапеты, делящие бульвар надвое. Въезды на скоростные автострады остались нетронутыми реконструкцией и стояли никому не нужные. Когда-нибудь муниципалитет решит, что с ними делать.

Джерриберри Янсен жил в бывшем прибрежном мотеле, который находился на полпути из Бейкерсфилда в Сан-Франциско. Давным-давно в курортный сезон в Шейди Ресте отбоя не было от постояльцев, которые платили по десять долларов за ночь с человека. Теперь здесь сдавали квартиры внаем очень дорого. Дом был шикарный, с бассейном и другими удобствами, даже с телепортационной кабиной, расположенной позади конторы управляющего. Когда Джерриберри вышел из дома, в кабине была девушка. Прежде чем она исчезла, он успел увидеть ее плечи и длинные, волнистые темные волосы. Джейнис Вулф. Вот досада, не подождала! Впрочем, она его даже не видела.

У телепортационной кабины не принято задерживаться даже для того, чтобы поздороваться со знакомыми.

Можно, конечно, дежурить у кабины, пока кто-нибудь не подойдет, но что люди подумают?

Хочешь пообщаться — иди в клуб.

Телепортационная кабина представляет собой стеклянный цилиндр с закругленным верхом. Техника, которая совершает чудо телепортации, спрятана где-то под кабиной. В стене кабины, на уровне груди, установлена панель с кнопками, на которых выбиты цифры и прорезаны щели для монет.

Джерриберри вставил в специальную прорезь свою кредитную карточку и набрал код. Вынул карточку, цепь замкнулась. В мгновение ока Джерриберри очутился в здании телерадиокомпании «Си-Би-Эй». В студии было тихо. Здесь очень редко собирались все сотрудники сразу, хотя в течение дня несколько десятков репортеров проводили по нескольку секунд. Одну стену просторного зала занимали телепортационные кабины, у противоположной стены за овальным столом сидел шеф Джерриберри.

Джордж Бейли был тучен из-за малоподвижного образа жизни и смуглолиц — основательно прокоптился под солнцем Невады. Каждое утро междугородная телепортационная кабина высаживала его в аэропорту «Лос-Анджелес Интернэйшнл». Сегодня он молча помахал Джерриберри рукой. Значит, все как обычно. Джерриберри выбрал камеру и повесил на плечо. Рядом на столе лежали списки кодов. Джерриберри пробежал глазами несколько списков, потом взял один из них.

Когда он уходил, из кабины вышли еще трое репортеров. Джерриберри посторонился и кивнул, они кивнули в ответ и зашагали дальше. Янсен протянул руку к двери кабины, но тут в кабине появилась женщина. Час пик. Джерриберри улыбнулся ей и отошел к соседней кабине. Он набрал первый по списку код и исчез.

За все утро ему ни с кем не удалось поговорить.

Восточный конец Уилшир-бульвара, обычный Т-образный перекресток, высокие блочные дома. Набирая код, Джерриберри оглядывался, стоя в телепортационной кабине. По всей видимости, ничего интересного… Абсолютно! И вот он снова набирает код, но уже в следующей по списку кабине.

Джерриберри старался нажимать кнопки концом ручки, но часто забывал. На указательном пальце правой руки уже образовалась мозоль.

В этот ранний час центральные улицы города были пусты. Джерриберри оказался напротив автострады. Он вышел из кабины и с минуту наблюдал, как грузовики высыпают, а бульдозеры разравнивают землю на шоссе Пасадена-Харбор. «Старые машины находят новое применение» — об этом уже кто-то писал. Джерриберри двинулся дальше.

Все кабины абсолютно одинаковы. Кажется, что сидишь в одной и той же, а город скачками несется мимо тебя. Джерриберри уже привык к этому. Он двигался по Уилшир-бульвару на запад в надежде, что случится что-нибудь любопытное.

Это был очень эффективный и дешевый способ добычи новостей. «Си-Би-Эй» могла позволить себе содержать многочисленную армию «кочующих» репортеров, помимо штатных сотрудников. Они удовлетворялись небольшой заработной платой, небольшой премией за использованный репортаж. Затраты были невелики, отдача — огромна, особенно поначалу, когда маршруты для репортеров составлялись из случайных последовательностей кодов. Однако со временем выяснилось, что упорядоченный маршрут менее утомителен для нервной системы.

Джерриберри Янсен знал Уилшир-бульвар как свои пять пальцев. Ему было двадцать восемь лет, он еще застал автомобили и светофоры. Когда город изменился, скорее и сильнее всего изменились улицы. Набирая коды, Янсен смотрел, как преображается Уилшир.

Под старым котелком Браун Дерби автостоянку переделывали в площадку для гольфа. В последнее время стало модным чем-нибудь загружать пустующие площадки. Джерриберри связался с Бейли, но тот не счел событие достойным внимания.

Миракл-Майл уже благоустроили. Здесь оказалось неожиданно людно, так людно, что многие шли вдоль по улице пешком, не желая ждать, пока освободится телепортационная кабина. Люди разделились на потоки: пожилые шли там, где раньше были тротуары, молодые занимали середину улицы. Джерриберри не раз это замечал. В детстве его учили переходить улицу только у светофора, на зеленый свет. Он до сих пор не забыл эту привычку и порой ловил себя на том, что оглядывается, опуская ногу с тротуара.

Он понесся дальше на запад, набирая код за кодом из своего списка.

Санта-Моника-Мэлл стала пешеходной еще тогда, когда телепортация была не более чем теоремой квантовой механики. В местах пересечения улиц миллионы ног выдолбили в тротуарах ямки. Мэлл всегда была святилищем для праздной публики. Здесь располагались многочисленные магазины, рестораны, театры и не было ни одного небоскреба, который бы загораживал небо.

Телепортационные кабины густо усеивали улицу. Люди то и дело вбегали в кабины и выбегали из них. Многие несли в руках складные велосипеды, многие — сумки. После полудня горожане дружно стремились использовать одну и ту же площадь в одних и тех же целях.

У дверей универсального магазина «Пенниз Департмент Стор» вспыхнул скандал. Полисмен был тверд, а женщина, которую он задержал — дородная, средних лет, — кричала во всю мощь легких. Собралась толпа — не потому, что людям было любопытно, а потому, что спорящие перегородили дорогу. Люди вынуждены были их обходить. Некоторые замедляли шаг, чтобы посмотреть, что происходит. Многие потом вспомнят, как полисмен повторял: «Мадам, я вынужден взять вас под арест по подозрению в краже товара из магазина. Все, что вы говорите…» В толпе его голос был едва слышен. Если бы полисмен воспользовался дубинкой, он вряд ли добился бы чего-нибудь. Скорее всего, его растерзали бы. Толпа уже запрудила всю улицу, раздавались крики — сочувственные и издевательские советы, ругательства, адресованные в пространство, и в разнообразных вариациях: «Дайте пройти!», «Подвиньтесь!», «Некуда мне двигаться, идиот!».

В двенадцать пятьдесят пять Джерриберри Янсен, набирая очередной код, выглядывал из кабины на улицу. Взгляд скользнул по вывескам, задержался на витрине магазина Романова. Может, что стоящее попадется? Иногда громкие имена годятся для рекламы, особенно по части кулинарии. Нет, ничего интересного… Джерриберри нацелился на толпу перед универсальным магазином «Пенни» и вынул карточку. Он выпрыгнул двумя кварталами ниже.

Были кабины и ближе, но Джерриберри не знал их кодов. Он вышел на улицу, связался со студией, но говорить ничего не стал. Прокомментировать происшествие можно и после. Он только включил камеру.