Положение было безвыходное. Леффлер не мог догнать Хукера, а Хукер не мог оторваться от Леффлера. Но только Леффлер мог прекратить гонку.
2590 год нашей эры, ноль часов по корабельному времени.
Лофери прилетел на Плато на корабле для колонистов. В те дни Земля нередко организовывала односторонние рейсы к колонизуемым мирам, чтобы избавиться от избыточного населения. Лофери исполнилось шестьдесят лет, и он, решив, что довольно ему работать на Объединенные Нации, воспользовался приглашением.
Он мог выбрать любой из колонизуемых миров, но выбрал Плато, потому что его привлекал социальный строй этой планеты. Он хотел даже стать там адвокатом.
— Это непросто, — сказал ему полицейский. Лофери остановил его по дороге со службы домой и пообещал обед и выпивку в обмен на информацию о работе.
— Наши законы не так сложны, как на Земле, насколько я могу судить, но вам будет трудно понять этику, на которой они основаны горцами.
— Горцами вы называете жителей Плато?
— Ну да, точно так же как жителей Земли все называют брюхошлепами, а жителей Нашего-Успеха — разбейносами.
— Мы говорили об этике.
— Хм, — полицейский почесал в затылке. — Вот что я вам скажу. Архив еще открыт. Пойдемте, я приведу вам пример.
Ему три раза пришлось открывать электронный замок, чтобы добраться до стеллажей с документами. Среди стеллажей он огляделся, оценивающе поджав губы.
— Начнем с самого простого, — сказал он и вытащил из ящика кассету. — Давайте прокрутим вот это.
Прокрутили.
— Хукер! — сказал Лофери. — Я его помню. Я еще посылал предупреждение насчет него. Я думал, что робот его вылечит. Значит, я так же виновен, как он.
Полицейский взглянул на Лофери очень холодно:
— Вы могли его остановить?
— Нет. Но я мог сформулировать предупреждение более резко.
— Ну да, если уж оно было. Итак, вам понятна логика, согласно которой Хукеру вынесли приговор?
— Боюсь, что нет. Он был приговорен к двум годам заключения — за убийство по неосторожности — плюс психотерапевтическое воздействие. Кстати, на Земле психотерапия — забытое искусство. Я не спрашиваю, почему ему дали только два года, я хочу знать, почему «убийство по неосторожности».
— В этом вся соль. Убийство не было преднамеренным, ведь так?
— Я бы сказал, было.
— Он был не в своем уме, а это смягчающее обстоятельство.
— Тогда почему его вообще наказали?
— Его наказали за то, что он позволил себе сойти с ума. Он знал, что он потенциальный параноик, и все, что от него требовалось, — пользоваться услугами медицинского робота. А он этого не делал. В результате погибли четыре человека. Убийство по неосторожности.
Лофери кивнул. Голова шла кругом.
— Здесь нет того, что произошло потом. Леффлер попытался убить Хукера.
— Вот как?
— Хукер улетел на корабле с водородной ловушкой. Леффлер полетел за ним. Они устроили дуэль на лазерных передатчиках. Давайте предположим, что Хукер победил в этом бою и убил Леффлера. Как это назвать?
— Самозащита.
— Вовсе нет. Преднамеренное убийство.