— Наглотался вакуума! К чему ты клонишь?
— Если бы корабль не остановили, он потерпел бы крушение. Пыль разорвала бы его на части. Мораль моего рассказа такова: все, чего ты не понимаешь, опасно, пока ты его не понимаешь.
— Параноидальная идея.
— Для брюхошлепа — да. Ты живешь на ручной планете, приспособленной к тебе настолько, что ты считаешь Вселенную уютной, как раковина улитки. Вспомни мое приключение с нейтронной звездой. Я погиб бы, если бы вовремя не понял, какая сила на меня воздействует.
— Поэтому ты считаешь, что все брюхошлепы дураки?
— Нет, Слон. Просто им недостает параноидальных настроений. Извиняться не стану.
— Кто тебя просит?
— Я приземлюсь, если ты объяснишь, почему наш корпус рассыпался в пыль.
Слон скрестил на груди руки и уставился прямо перед собой сердитым взглядом. Я молча ждал.
— Мы сумеем добраться до дома? — спросил он немного погодя.
— Не знаю. Гиперскоростной двигатель работает, гравитационный тормоз, когда потребуется, погасит скорость. Теоретически сумеем.
— О’кей. Поехали домой. Только учти, Бей, если бы я был один, обязательно приземлился бы, и черт с ним, с корпусом!
И вот мы повернули домой, хотя Слон и не дал полного согласия. Через четыре часа мы удалились от Пушечного Ядра на достаточное расстояние, чтобы можно было уйти в гиперпространство.
Я включил гиперскоростной двигатель, ахнул и поскорее выключил. Мы сидели и дрожали. Слон сказал:
— Можно надуть комнату отдыха.
— А как мы туда войдем? Там нет тамбура.
Все-таки мы вошли. В кабине был регулятор давления, и мы установили его на ноль. Электромагнитное поле, которое складывало комнату, теперь надует ее без давления. Мы вошли в комнату, создали в ней давление и сняли шлемы.
— Радиации нет, — сказал Слон, — я смотрел.
— Отлично.
Даже за несколько секунд полета в гиперпространстве можно пролететь большое расстояние.
— Теперь скажи мне вот что: ты не боишься отсюда выходить?
— А ты? — Слон пожал плечами и вздрогнул.
— Я нет. Могу взять все управление на себя.
— Все, что под силу тебе, под силу и мне.
— Ты не боишься, что сойдешь с ума?
— Нет.
— Тогда будем меняться. Если передумаешь, сразу же скажи. На Слепом Пятне свихнулось много хороших людей, а у них было всего-то по паре окон.
— Я тебе верю. В самом деле, сэр. Что будем делать?
— Мы полетим через область космоса, где плотность звезд наименьшая. Ближайший населенный мир — это Кцин. Очень не хочется просить помощи у кцинти, тем более что рискованно, но, возможно, придется.
— Слушай, Бей. Давай попробуем сразу на Джинкс. Поедем по твоему номеру и зададим кукольникам жару.