— Долго мне еще тут мокнуть?! — недовольно крикнул из темноты Гастон. — Ты собираешься заводить машину в гараж?
— Просто ужас какой-то. — Кларис вернулась к рулю. От одного звука папиного голоса слезы близнецов мгновенно высохли. — Ведь большие уже, почти пять лет, через год в школу. А ни на минуту не могут расстаться с отцом!
— Но ведь он же работает, а они целыми днями с няней?
— Вот именно, днями. А сейчас ночь — его время. Они ж не уснут, как бы поздно он ни явился. И он прекрасно это знает, а все равно… — Она растерянно взглянула на детей.
— Юбочный вопрос? — намекнула я.
— Именно… Рене, милый, да сиди же ты, не вставай на ходу! А утром — первым делом к папе в постель. Хорошо хоть перестали устраивать истерику, когда он уходит в контору. А я для них — пустое место, — горько шепнула она перед тем, как выключить двигатель. — Вылезай. Донесешь Люка? Я возьму Рене. Иди, малыш, к маме на ручки.
Но малыш не пожелал остаться у мамы на ручках, потому что увидел отца, запиравшего гаражные ворота, и со всех ног кинулся к нему.
Глава 2, в которой мы вошли в холл особняка
— А ты мне почитаешь сказку, тетя Беа? — подышав мне в ухо, громким шепотом спросил Люк. — Я сам умоюсь.
— Сказку про Кота в Сапогах? Или про Красную Шапочку?
— Нет, Беа-Беа, про Задига и дедушку пилоса!
— Философа, Рене, — поправил его Гастон.
У меня округлились глаза.
— Вы читаете детям Вольтера? — спросила я. — Они же маленькие!
Сестра выразительно вздохнула и повела бровью.
— Вот и хорошо, что маленькие, — сказал Гастон. — И не вздыхай, дорогая. Подрастут, не заставишь их читать классику.
— Ох! Ну наконец-то! — Из гостиной навстречу нам грузно спускалась Клементина. — Мадам Шанте ужасно волнуется! Она звонила восемь раз! Такое ненастье, я была уверена, что…
— Клементина! — Люк завертелся у меня на руках, давая понять, что его следует поставить на ноги. — А мы видели лошадку! Она сделала кучу для бабушки!
— … вы останетесь у мадам Шанте. Так рискованно, с маленькими…
— Все в порядке, Клементина. Мы уже дома, целы и невредимы.
Гастон широко улыбнулся, а Рене тем временем сполз по нему на ступеньку лестницы и авторитетно заявил:
— Знаешь, Клементина, тетя Беа почитает нам про Задига.
— Можешь тоже послушать, — разрешил Люк.
— Боже мой, Люк, Рене! — Кларис поморщилась. — В висках стучит от вашей болтовни. Клементина, ведите детей умываться.
— Нет, папа! — Рене топнул ножкой. — Хочу, чтобы папа!
— Это еще что за манеры! — возмутилась Кларис.
— Папа, папа! — поддержал брата Люк, но топать не осмелился и в поисках поддержки посмотрел на меня снизу вверх. — Беа-Беа, вели, чтобы папа!
— Папа сейчас повезет домой тетю Беа-Беа, — строго сказал Гастон. — А два тигра должны защищать маму и Клементину. Вдруг на них кто-нибудь нападет из джунглей?
— Крокодил? — Рене боязливо покосился в сторону улицы, а Люк прижался ко мне, обхватив за ноги.
— Разве ты не хочешь переночевать у нас? — с облегчением в голосе спросила сестра. — Передумала?