Чудеса: Популярная энциклопедия. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Так вот, не присутствуют ли инфразвуки и в ревущем бархане? Почти наверняка можно сказать: в спектре звуков, который рождает движущийся песок, вместе со слышимыми звуками есть и неслышимые. Что касается поющего бархана на реке Или под Алма-Атой, вне связи с инфразвуками, у нас будет подробный разговор в 4-й книге настоящего издания.

В тугайном лесу

Пустыня многолика. Особенно она красива в короткие дни весны. Когда сходит покров снега, вся покрывается сплошным ковром сочных зеленых трав и ярких цветов. Но уже скоро беспощадное солнце пустыни сжигает все яркие краски живой природы, остается постоянный песчаный ландшафт пустынных земель.

Однако не везде. В пустыне есть и леса. Их много, и они особенные. Главное дерево здесь это, пожалуй, саксаул. Невысокие деревца, искореженные ветрами, они не дают тени, у них нет листьев. Зато саксаул — великолепное топливо. Есть среди пустынь Средней Азии и такие удивительные места, как тугаи. Это настоящие лесные дебри, которые по непроходимости могут конкурировать с джунглями тропиков! Перед вами свидетельство одного неискушенного человека, впервые попавшего в тугаи. «Как-то раз, — пишет он, — решил я отыскать Оленью косу, выходящую к берегу Амударьи. Косу назвали Оленьей неспроста, на ней обнаружены следы бухарского оленя, редкого животного, занесенного в Красную книгу. Сначала вдоль обрывистого берега, покрытого тугайным лесом, шла тропинка, а затем затерялась в обвалах земли и густых зарослях тростника. Чтобы облегчить путь, я свернул в сторону и пошел вдоль берега по тугаям… Чем дальше я шел, тем гуще становились заросли, тем труднее стало продвигаться, приходилось искать окольные пути… Незаметно для самого себя я все дальше и дальше уходил от реки, углубляясь в колдовскую чащу леса. Через некоторое время я понял, что зашел слишком далеко. Но возвращаться было и поздно, и невозможно: куда идти? В сплошных зарослях, в густом сплетении ветвей дороги ни назад, ни куда-либо вообще видно не было. Казалось, даже светлое голубое небо, освещенное ярким южным солнцем, вдруг по-осеннему помрачнело. Какая-то тяжесть стала давить на плечи, руки и ноги опутывали щупальцы ветвей и лиан. Приходилось продвигаться в три погибели, невозможно было встать в полный рост и вздохнуть всей грудью, почему-то спирало дыхание.

Я находился в плену тугаев, вырваться из которого было не так-то просто. Со всех четырех сторон, даже с той, откуда только что сделал очередной шаг, стояла прочная стена переплетений стволов и ветвей. Чтобы продвинуться на какие-то несколько сантиметров, приходилось наваливаться на нее всем корпусом, раздирать руками и двигаться в ту сторону, куда это получалось.

Где-то за спиной завыли шакалы, оглушая лес маломузыкальными душещипательными звуками. То тут, то там подавали голоса амударьинские фазаны, пернатые с голосом дьявола и оперением жар-птицы. Заколдованный лес! Вряд ли когда-нибудь сюда ступала нога человека. Да она и не могла сюда ступать, так как ступать было попросту некуда — всюду упругая, густая растительность. Руки и лицо обдирались многочисленными колючками, безжалостно впивающимися в беззащитную кожу…

Я проползал дебри, мокрый от пота. Как велика природа, и как ничтожен человек в ее объятиях! Иногда удавалось выйти на небольшие полянки, где вспыхивали костры местного злака — эриактуса, достигающего высоты в два человеческих роста. Из-под этих костров с шумом взлетали или убегали фазаны. Тут можно было выпрямить спину и отдышаться. Проходили часы. Я двигался, ориентируясь лишь по большему или меньшему количеству света, проходившего через густые ветви. В конце дня мне все же удалось выйти на Оленью косу, но уже совсем с другой стороны. Освобождаясь от чугунной паутины ветвей, я вздохнул полной грудью.

Вот он какой, тугайный лес!»

В тугаях живут крупные животные пустынь — кабаны и манулы. А в песках животный мир представляют, главным образом, мелкие грызуны и пресмыкающиеся. В иных полупустынных местах, как только солнце спускается за горизонт, на каждом шагу встречаешь яркую ящерицу, суслика, а то и змею. В полдневный зной даже эти исконные обитатели пустынь и полупустынь не рискуют показываться на солнце. Жители таких районов рассказывают, что спугнутый со своей лежки где-нибудь в укрытии от солнца заяц-толай, выскочив на раскаленный песок, обжигает свои лапки и кричит от боли.

Найденные в песках

Много времени, сил и знаний требуется ученым-археологам, чтобы обнаружить в песках остатки древних поселений и по ним определить, когда и как жили здесь люди, какой это был народ.

Уже около двух десятилетий советские ученые ведут раскопки древнего городища на юге Каракумов, в предгорьях Копетдага. Обнаруженные здесь остатки города Алтын-депе (Золотой холм) рассказали ученым о древнейшей цивилизации Средней Азии. Она существовала на юге Туркмении 4–6 тысяч лет назад. Теперь Алтын-депе как бы снова появился из небытия.

На холме вокруг, куда только достает глаз, видны строения древнего города. И хотя это мертвый город, по тому, что в нем увидели ученые, можно уже довольно полно восстановить картину жизни его обитателей в древние времена. Об этом рассказывает руководитель археологических раскопок профессор В. М. Массой:

«В северной части города мы открыли кварталы ремесленников. Четыре тысячи лет назад тут дымились печи мастеров-керамистов. Прекрасную посуду изготовляли они — обнаружено двадцать восемь видов разнообразных форм. Позднее нам открылись «кварталы рядовых горожан», где люди жили в больших многокомнатных домах, скученно, как пчелы в улье. Содержимое их коллективных погребений очень бедное — лишь немногочисленные глиняные сосуды. Центр города — «квартал знати». Большие прямоугольные дома четко спланированы древними архитекторами. Здесь жила верхушка города. В захоронениях мы нашли многочисленные изделия из серебра и золота, бусы из драгоценных и полудрагоценных камней (лазурит из Бадах-шана, бирюза из Нишапура, слоновая кость из Индии, фаянс из Месопотамии). Обнаружены великолепные печати с изображением фантастических животных.

По размерам города, по сложной жизни, которая нам постепенно открывалась, можно было предположить, что здесь существовал культовый центр, храм. Отсюда жрецы руководили, например, земледельческими работами, наблюдая за движением небесных светил и определяя сроки полива. Этот храм после многих лет поисков удалось обнаружить. Его центром была четырехступенчатая башня, явно сделанная по образцу строений Месопотамии, известных под именем Вавилонской башни. Позади этого сооружения находились жреческие гробницы, дом главного жреца, многочисленные хранилища. Весь комплекс посвящался богу Луны. Здесь мы нашли золотую голову быка с луной во лбу.

Алтын-депе был настоящий город. Именно такие города становились в прошлом центрами развития человечества, где формировались истоки цивилизации. В настоящее время культура наподобие Алтын-депе открыта в северном Афганистане, на юге Узбекистана, в Туркмении, в долине реки Мургаб. Теперь перед нами встала новая задача: углубленное изучение истоков древней цивилизации. Дело в том, что Алтын-депе представляет собой холм высотой в тридцать метров, которые накопились за три тысячи лет. А нам хочется знать, что же было еще раньше. И мы стали «спускаться» по ступеням цивилизации вниз к ее истокам. Сейчас уже ведутся попытки изучить город трехтысячного года до нашей эры (то есть пять тысяч лет от наших дней!). Раскопки ранних слоев идут в разных местах холма.

Археологи в своих изысканиях не одиноки, они работают в содружестве с представителями других наук. Так, антропологи по костям определили половозрастной состав населения, реконструировали внешний вид людей. И вскрылась любопытная деталь: в «квартале знати» женщины оказались на 3–4 сантиметра выше, чем в других районах города. Конечно, большую роль здесь играло питание, но это не главное. Происходил своего рода естественный отбор. Наиболее статные девушки попадали в дома знати в качестве жен и наложниц.

В середине второго тысячелетия до нашей эры культура Алтын-депе приходит в упадок. Город постепенно пустеет. Почему? Это еще загадка для ученых. Нет следов стихийного бедствия, нет следов военной катастрофы. Возможно, что этому способствовало засоление почв».

В наш век пески уже не засыпают города: человек научился бороться с ними. Но нелегкая это борьба! Печальный пример — великая североафриканская пустыня Сахара. Она постоянно растет. Исследуя пограничные области Сахары, ученые находят в песках русла засыпанных рек, следы прежней жизни. Пустыня угрожает многим африканским государствам, год за годом отнимая у них плодородные земли.

Земля во мгле

Мифы и реальность

В Библии, в книге Исход, повествуется о том, как однажды в Египте неожиданно наступила невиданная ночь: «…и была густая тьма по всей земле Египетской три дня. Не видели друг друга, и никто не вставал с места своего три дня».

Трехдневная ночь! Нетрудно представить, с каким ужасом было воспринято в те далекие времена столь необычное событие.

Что это — выдумка, легенда из числа тех, которыми изобилует эта книга, в которой немало мистики, вымыслов и фантазий, порожденных религиозным мироощущением и миропониманием? Или реальность? Вопрос этот не простой, как кажется на первый взгляд.

Для историка любой памятник духовной или материальной культуры далекого прошлого представляет несомненный интерес. Но, конечно, памятники духовной культуры требуют к себе особого отношения. Скажем так: более углубленного, чем предметы быта или орудия труда. Многочисленные изустные и письменные мифы, легенды и сказки, оставленные в наследство потомкам народами земли, — это сложный, причудливый сплав фантастических представлений об окружавшем древнего человека мире, сознательных и бессознательных искажений реальных событий, мистики и наивного реализма.

Другими словами, не на пустом месте рождались мифы, несмотря на всю их фантастическую форму. Одно из самых, пожалуй, убедительных доказательств этого — открытие немецким археологом Шлиманом города Трои по «подсказке» Гомера, легендарного поэта Древней Греции, автора знаменитых эпических произведений «Илиада» и «Одиссея».

«Существует довольно распространенное, но глубоко ошибочное мнение, — говорит академик Б. А. Рыбаков, — о том, что легенды (сказания, былины) представляют собой чистый вымысел, служат, так сказать, развлекательным целям. На самом же деле, едва приступив к исследованию любого из подобных произведений устного народного творчества, мы обнаруживаем глубокие исторические корни, ясно прослеживаемые линии осмысления действительности, следы фактически имевших место событий. Легенды, несомненно, представляют собой объекты серьезного научного интереса со стороны различных областей знаний».

Подходит ли под такую оценку Библия? Подходит, но с очень существенной оговоркой: Библия — это прежде всего собрание религиозных сочинений, сплошь и рядом противоречащих друг другу, ее нельзя ни в коей мере считать первозданным законченным произведением, на ней слишком явственно лежит печать вековых наслоений, переделок, приспособлений ее текста к различным религиозным течениям. Поэтому она требует к себе критического отношения, причем даже тогда, когда она повествует о каких-либо исторических событиях. А в том, что этот памятник письменности содержит отголоски чего-то происходившего на самом деле, сомневаться не приходится — в этом нас убеждают как прямые, так и косвенные доказательства.

Тьма сибирская

Вот хотя бы та же «тьма египетская». Библейская легенда преподносит ее как чудо, нечто невиданное и поразительное. На самом же деле явление это не такое уж невиданное. Весной 1901 года в Сахаре — великой африканской пустыне — разразилась сильнейшая песчаная буря. Спустя сутки в Тунисе в течение нескольких часов из воздуха выпадала такая густая пыль, что в домах зажигали огни.