Остроумие мир. Энциклопедия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как-то раз французский химик Пьер Бертло, всегда отличавшийся исключительной аккуратностью и пунктуальностью, взял к себе в ассистенты одного весьма рассеянного молодого человека, который постоянно опаздывал и всякий раз ссылался на неточность хода своих часов. В конце концов выведенный из себя Бертло решительно заявил неаккуратному помощнику:

— Вот что, сударь! Решайте — или вы смените свои часы, или я сменю вас.

* * *

Однажды в Лондоне Гайдн дирижировал своей симфонией. Любопытные лондонцы покинули места, чтобы вблизи посмотреть на знаменитого человека. Внезапно с потолка упала люстра и со страшным грохотом разлетелась на тысячи осколков. Зрители, столпившиеся у сцены, были спасены по воле случая.

Глубоко взволнованный случившимся, Гайдн сказал оркестрантам:

— Все-таки музыка моя чего-то стоит, если она спасла жизнь, по меньшей мере, тридцати людям.

* * *

Немецкий математик Петер Густав Дирихле был очень неразговорчив. Когда у него родился сын, он послал своему тестю телеграмму, пожалуй самую короткую за всю историю телеграфа: 3».

* * *

Венгерскому композитору Ференцу Легару однажды молодой композитор сказал:

— Лучше всего мне работается ночью. Музыка будто сама рождается в моей голове.

— Тут нет ничего удивительного, — ответил Легар, — ведь большинство краж совершается ночью.

* * *

В начале своей карьеры Легар в разговоре с друзьями упомянул, что дает уроки музыки своей квартирной хозяйке и за это получает бесплатный обед.

— И что, она обнаруживает дарование? — спросил один из друзей.

— Безусловно, — ответил Легар. — Особенно ей удаются пирожки.

* * *

Как-то в гостях у Легара был венгерский композитор Имре Кальман. Он уже собрался было уходить, но в прихожей его остановил хозяин.

— Дорогой Имре, — сказал он весело, — ты можешь брать из моих оперетт любые мелодии, но мое единственное пальто, сделай милость, оставь мне.

* * *

В молодости немецкий художник Вильгельм Лейбль был пастухом. Много позже в компании художников некто спросил его:

— У вас, кажется, господин художник, была тяжелая деревенская жизнь в молодости?

— Откуда вам известно? — спросил Лейбль.

— Вы пасли овец?

— Совершенно верно.

— Но ведь это, как известно, не очень-то приятное доя человека занятие?

— Смотря для кого, — ответил Лейбль. — В моем занятии были и хорошие стороны. С тех пор, например, я научился распознавать бараньи головы с первого взгляда.

* * *

Однажды, находясь в Нюрнберге, немецкий ученый Готфрид Вильгельм Лейбниц узнал, что в городе существует общество алхимиков. Шутки ради он направил в адрес общества огромное послание, представлявшее бессмысленный набор научных терминов. Каково же было удивление Лейбница, когда через некоторое время он получил пространный ответ, в котором давалась высокая оценка мыслям, высказанным в его письме. Общество с почтением сообщало, что на последнем собрании великий ученый избран почетным членом общества, ему назначен солидный оклад.

* * *