Внизу, в доках, тюремщик, которого Хук приставил к Мэгги, а также заключенные дети пришли к выводу, что события развиваются не в пользу капитана. Поскольку бесстрашный главарь пиратов был занят, а дорога из города, кажется, свободна, тюремщик решил, что теперь как раз время позаботиться о себе.
Но, конечно же, он не мог не подумать о своем будущем.
Он сунул железный ключ, висевший у него на шее, в замок, отпер его и открыл дверь. Свирепый взгляд встретил взволнованных детей, собравшихся у выхода. Он выгнал их из заточения и велел убираться прочь.
— Джек! Джек! — надрывно кричала из окна маленькая девочка.
— Вали отсюда, мелочь! — рыкнул он на нее. — Долго я еще буду уговаривать?
Он не договорил. В этот момент один мальчик из заключенных бросил через окно веревку, связанную из старых занавесок.
— Сюда! Куда ты? Выбирайся из этого окна!
Мальчишка убежал, и, когда последняя группа их скрылась через прореху в стене, камера опустела. Осталась только девочка. Она продолжала звать на помощь. Тюремщик схватил ее и потащил прочь.
Питер, плавно приземлившись, подлетел к нему сзади и столкнулся нос к носу с другим пиратом, который появился в этот момент через соседнюю дверь. Он быстро взглянул на Питера и убежал тем же путем, каким явился сюда.
Питер поспешил вперед, во вторую камеру. Тюремщик свалил Мэгги с себя, как мешок с горящими углями, и обернулся.
Мэгги раскрыла глаза:
— Папа?
Питер тут же погнался за тюремщиком. Он побежал за ним вокруг чудовищных размеров глобуса и, пробегая, крутанул его.
— Мир тесен, не так ли? — сказал он, приставив конец своего меча к груди пирата.
Обезумевший тюремщик прижался от страха к греческой статуе, но Питер уже был за его спиной прежде, чем тот успел даже подумать о чем-то. Он одним движением свалил статую и пригвоздил злополучного пирата к полу.
Мэгги влетела в объятия Питера.
— Папа! — закричала она в восторге.
Он поднял ее и радостно закружил на месте, а потом прижал к себе.
— Я так люблю тебя! — прошептал он.
— И я тебя люблю, — промурлыкала она в ответ.
— Я никогда больше не потеряю тебя.
— Наклей на меня марку, почтальон.
Он поцеловал ее в лоб. В это время Лэтчбой и еще полдюжины Потерянных Мальчиков вбежали в камеру. Питер приветливо помахал им рукой.
— Это моя дочь, Мэгги, — объявил он, опуская ее на пол.
— Привет, — поздоровалась Мэгги.
— Привет, — ответили ей Потерянные Мальчики, глядя на нее с некоторым сомнением.
Питер уже направился к двери.
— Ты можешь чувствовать себя с ними в полной безопасности, пока я не вернусь, Мэгги, — бросил он через плечо. — Я должен разыскать Джека. Ребята, вы отвечаете за нее головой.
Он быстро распрощался с ними и взмыл в воздух.
Лэтчбой и другие смотрели на Мэгги и почти не заметили, как он улетел. Наконец Лэтчбой прошептал: