Дуглас закрыл глаза и, сосчитав до десяти, открыл их вновь. Деревянная кукла, молча, сидела на своём месте, не придавая каких-либо признаков жизни. Ко всему прочему боль в руке прошла, оставив лишь маленькие отголоски воспоминаний, на одеревеневшей от ужаса руке. Дуглас встал и, отряхнувшись от пыли, стал с ужасом рассматривать безобидную на вид куклу Бэлзи, которая минуту тому назад яростно кричала и трясла беззащитное и почти невесомое тело капитана.
— Что это за чертовщина мне только что померещилась? — спросил у самого себя Дуглас, стараясь при этом, справится со стучащими от страха зубами. — Бэлзи бы ни за что со мной так не поступил. И сказать такого он не мог. Неужели я так долго пробыл в одиночестве с куклами, что мой разум не выдержал и взорвался к чёртовой матери, оставив меня наедине с этими галлюцинациями? Или я пьян? А может это куклы пьяные? Кажется, я и вправду, потихоньку схожу с ума.
— Ты уже совсем одурел от одиночества. Тебя со всеми этими размышлениями в другую бухту понесло. Хотя то, что ты ненормальный это конечно, правда, не сомневайся. Но говорить с самим собой, да ещё и с деревянными куклами заодно. Вот уж предел мечтаний любого шизофреника, — произнёс неизвестный и в конце чуть негромко рассмеялся, явно надсмехаясь над обескураженным от происходящего Дугласом.
Дуглас стал нервно озираться по сторонам. Ничего примечательно не заметив, он стал осторожно присматриваться в лица кукол всё это время мирно сидевших на своих местах, так как и было положено, неживым, обделенным душами вещам.
— Кто это сказал? Ау? Эй ты, клоун покажись, иначе я за себя не ручаюсь. Могу ведь, и убить случайно, — неуверенно проговорил Дуглас, нацеливая лазер на безмятежные и разрисованные фломастером лица кукол. — Знаешь, я думаю лучше тебе всё-таки не высовываться, а то ведь и, правда, могу ненароком убить. Но если ты считаешь иначе, то ладно, действуй, я жду.
— Вот он я. Прямо за твоей спиной, — произнёс голос с неутолимой шутливостью и издёвкой.
Дуглас повернувшись на сто восемьдесят градусов не целясь, выстрелил вперёд. Цель была поражена. Это была кукла старого зорнакса с теперь уже не очень точным очертанием продырявленного и воспламененного лица.
— А ты неплохой стрелок. По крайней мере, попасть в цель можешь. Ну, да ладно, вот тебе вторая попытка. Я снова за твоей спиной. Стреляй, не промахнись.
Дуглас вновь развернулся и выстрелил. На сей раз, он попал в голову деревянную куклы Рамбула (он был объемной целью попасть в него смог бы даже младенец с закрытыми повязкой глазами, выдай ему родители лазер).
— Слева я. Тебе надо лишь повернуть дуло своего лазера… и выстрелить! — безумие в его словах было таким ясным и отчётливым, что любой мог почувствовать его в воздухе, не находясь даже сейчас в этом самом помещении.
В третий раз лазер попал в главного рулевого корабля Каспа Тони, а точнее в его деревянную копию. Дуглас за то время, что беспрекословно ссылаясь на крики со стороны, стрелял по заведомо ложным целям, смог определить, вероятное нахождение неприятеля. К несчастью для Дугласа этого неприятеля на корабле не было.
— Я уже вдоволь наигрался в твои игры Малрой. Давай говори, что тебе нужно. — Дуглас произнес эти слова раздражённо и немного скучающе, чтобы его собеседник почувствовал тоже, что и он, слушая его глупые комментарии.
— Как это на тебя похоже. Сначала ты играешь роль дурачка, а потом снова становишься серьёзным. Ну, я рад, что ты, наконец, понял кто я такой. Но что это тебе даст? — голос шёл из диктофона, а точнее из прикреплённого к нему маленького жучка и принадлежал старому приятелю Дугласа капитану Малрою Летингтону. Приятель это не то слово, которым можно охарактеризовать этого человека, куда точнее будет манипулятор, злодей и коварный интриган, но никак не приятель. Странное чувство юмора, ужасный внешний вид и непредсказуемый характер делали из этого человека первого, кого можно заподозрить в убийстве в комнате, доверху забитой мёртвыми телами (такое бывало нечасто, но почти всегда оказывалось, что виновник и в самом деле был он).
— Ну, теперь я хотя бы точно знаю, кого можно винить в исчезновении моей команды. По-моему, неплохо для начала. — Дуглас приблизился к кукле Ланы.
Он был полон решимости и уже забыл значение слова «страх», пока не увидел прекрасный лик своей возлюбленной. Он стал с наслаждением с любовью и выползающей изо рта слюной смотреть на предмет своего обожания. Пока его тут же не окликнули из мечтаний и грез, в которых он так удобно разместился:
— Эй, кретин? Ты ещё там? Если да, то отзовись, а иначе я отключусь и вновь оставлю тебя наедине с этими куклами.
— Здесь я, — неуверенно произнес Дуглас, чуть наклонившись к диктофону. — Что тебе от меня надо, Малрой?
Все ненадолго умолкли. С другой стороны был слышен еле различимый шёпот людей, старающихся сказать что-то важное своему капитану. «Как это на него похоже, — подумал Дуглас. — Разрабатывать план в момент его свершения. Умный парень, нечего сказать».
Вдруг тишину прервал громкий рычащий звук, в котором Дуглас узнал кашель Малроя походивший по своему звучанию на рычание льва. Всё в этом человеке было ото льва: внешний вид, речь и просто манеры вести дела. Но когда кто-нибудь начинал спрашивать о самой главной родственности с этим ненасытным хищником, любой, хотя бы раз, заводивший разговор с Летингтоном, в первую очередь вспоминал его характер — агрессивный, дерзкий и непредсказуемый. Правда, стоит заметить, лев, в отличие от этого представителя тупейшего вида хомосапиенса, был куда более разумным и добрым существом.
Тот громко и ясно изложил все свои требования, которые нужно было выполнить Дугласу для того, чтобы получить назад свою команду:
— Мне нужны координаты места, в которое, — тут Малрой запнулся. Он что-то негромко начал проговаривать про себя «спрят… спряче… спчру… спрут»? После чего снова откашлявшись, продолжил, — в которое спрутал всё своё золото твой отец.
— Сколько классов ты закончил, умник? — издевательским тоном спросил Дуглас.
— Ты на что это намекаешь?
— На твоё слабоумие.
— Сможешь повторить это?
— На твоё слабоумие? Конечно, смогу, — Дуглас откашлялся и, подражая львиному рыку Малроя, произнёс, — На твоё слабоумие?
— Детский сад по тебе плачет.
— Я в нём хотя бы был. А вот ты…
— Ну, всё хватит! — терпение Малроя истекло, и тот взревел от злости, громко ударяя кулаками по своему столу. — Ты уже перевер… нул? Да, точно. Перевернул чашу моего терпения. Не забывай что у меня твоя команда Дуглас. Если я услышу ещё хоть одно оскорбление в свой адрес, то изрешечу лазером всех их, до единого. Даже твою дорогую Лару не пожалею. Ну что на это скажешь умник? Есть чем крыть? — Дуглас почувствовал, как его собеседник злобно ухмыльнулся. Его пробила дрожь, и пот вступил на лбу, когда он осознал тот факт, что такой человек как Малрой может улыбаться.
Дуглас стал разрабатывать план спасения команды. Времени было мало, поэтому он действовал быстро, не особо задумываясь о возможности риска. Первые идеи, что лезли в его голову, были глупыми и не достаточно проработанными. Надежды на то, что они всё-таки смогут, сработать, было немного. Прервать безысходность сумел жучок так мило и тихо сидевший всё это время на диктофоне. Увидев его, Дуглас сразу преобразился. Правый кончик губы поднялся вверх, и теперь на его лице красовалась ухмылка злобного гения придумавшего план спасения или план, губящий чужой план.