Желтый дом. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

...Это рядовой советский человек. Ладно, скачи в свою атаку, лови мгновение жизни, а мне надо выспаться. Мне завтра к шести утра на овощную базу — картошку перебирать. Прощай!

Исповедь

Когда я был маленький, я пытался дрессировать паука, каким-то образом оказавшегося в ванне. Отец долго и нудно пояснял мне, что это бесполезно, так как у паука нет второй сигнальной системы. Я в этом деле, конечно, ничего не смыслил и продолжал командовать пауку: «Вперед!», «Стоять!», «Назад!». Иногда паук команде повиновался, и я торжествующе поглядывал на отца. Иногда паук мои команды игнорировал, и тогда отец торжествующе изрекал: «Ну, что я тебе говорил?!» Мать советовала отцу не мешать мне проявлять естественное для человека стремление к власти и тренировать волю, а то я расту совершенно бесхарактерной тряпкой. Даже двухлетние малыши меня обижают: я не способен оказывать им сопротивление. Вечером отец смыл паука водой. Я два дня потом не мог успокоиться. Отец оправдывался: не можем же мы из-за какого-то паука неумытыми ходить! Мать упрекала отца в непедагогичности: паука надо было поймать, посадить в банку, а после мытья выпустить обратно в ванну. Отец сказал, что он пытался поймать, но не смог. На этом мое врожденное стремление к власти и тренировка воли прекратились.

Надежды

Беседа с Тваржинской была для меня полной неожиданностью. Оказывается, они у себя в отделе на партийном собрании обсудили мою персону и решили ходатайствовать перед дирекцией о переводе меня к ним. Они решили, что у них более здоровый коллектив и они перевоспитают меня. Я согласился перейти в отдел Тваржинской, но поставил свои условия. Пару библиотечных дней. Пока — чисто научно-техническая работа, в основном — переводы с английского и немецкого. Втянусь в работу — буду работать над темой «Логика и антикоммунизм». Работать в двух планах: 1) спекуляции антикоммунистов на логике; 2) подлинная логика (диалектическая?) против антикоммунизма. Тваржинс-кая была в восторге. Кроме того, я ей подкинул идею, что в секторе логики недооценивают идеологическую борьбу нашего времени, что сами впали в позитивизм, а на меня и Учителя свалили свой грех. Глаза Тваржинской, когда она меня слушала, сверкали от гнева. А я про себя потешался. Пока меня переведут (могут и не перевести, Смирнящев может запротестовать — он не хочет выпускать меня из-под своего контроля, еще надеется на что-то), пройдет месяцев пять-шесть. Там — летние отпуска. Пока втянусь в работу отдела, пройдет года два. В общем, имею шансы года три сачковать. Тваржинская обещала взять с повышением оклада сразу на двадцать рублей. На этом можно спекульнуть! Надо распространить слух о моем переходе. Вот так вообще и течет вся наша жизнь. Не поймешь, где зло, а где благо.

Перспективы

Когда мы подошли к ресторану, оттуда вывалился парень моего возраста и вида с двумя девчонками. Он остановил такси. Эй, мочалки, крикнул он девчонкам, кидайсь в кибитку! Сам сел рядом с шофером. Водила, сказал он шоферу, поехали до бороды! Шофер молча усмехнулся, машина умчалась. Как это понимать, спросил Он. Очень просто, сказал я. Они поехали на Театральную площадь, к памятнику Маркса. Сейчас это — место встреч фарцовщиков, проституток, наркоманов. Чувствуешь разницу поколений? Я вот сказал тебе, что сегодня я богач, так что могу сводить тебя в ресторан. И ты пришел в дикое возбуждение, как мальчишка, которому пообещали купить пробковый пистолет. Мальчишка твоего поколения, конечно. А для нас ресторан — мелочь, если даже мы туда не ходим вообще. И даже настоящий пистолет не вызывает в нас эмоций. И все же есть что-то, что нас объединяет, говорит Он. Нас объединяет всеобщий закон, который Сосед выражает в такой поэтической форме:

Лупи ближнего,

Вали на нижнего,

А сам, пока дышишь,

Лезь выше и выше.

Как на твой взгляд? Но Поэт промолчал. Он был не в настроении: болели зубы. Но тут уж он сам виноват. Социальные отношения и КГБ совсем тут ни при чем. Зубы у него были совершенно здоровые. А у его знакомого оказался блат в закрытой поликлинике. И не воспользоваться им было грешно. При осмотре зубов Поэта врач обнаружил незначительный дефект и решил устранить его новейшими методами: ультразвук! Поэт, конечно, не мог устоять перед этим и согласился. И ахнуть не успел, как у него два здоровых зуба буквально испарились. Остались только корни.

Мы вошли в битком набитый ресторан. И опять-таки сказалась разница поколений. Уйдем отсюда, сказал Он. Возьмем несколько бутылок в магазине, двести граммов колбасы и сыра, пойдем к тебе или к Учителю. Или за забором. А тут прождешь два часа и переплатишь втрое. Поэт молча шел за мной. Отчаявшись в силах своего поколения и презирая старшее поколение, он возлагал надежды лишь на молодежь. И он не ошибся. Узрев мою бороду и драные штаны, официант из глубины зала сделал нам знак, и мы прекрасно устроились.

Итак, друзья мои, сказал я, поднимая бокал, я начинаю делать карьеру. Отдел критики антикоммунизма взял меня на поруки. Это значит, что через год я опять буду включен в число счастливчиков — кандидатов в кандидаты в члены КПСС, а еще через год стану кандидатом философских лженаук, а еще... Уф, довольно! У меня начинает кружиться голова от столь стремительного взлета на вершины общества. Но я вас не покину, если вы сами не покинете меня. И мы еще посмотрим...

Тоска

Со мною порою

такое бывает...

Тоска, словно пуля,

мой мозг пробивает.

И я, как на фронте

когда-то солдаты,

На помощь зову:

выручайте, ребята!

И стены во тьму

пропадают мгновенно.

В доспехах, с мечом

возникает Айвенго;

С длинною шпагой

и чуточку пьян

В плаще мушкетерском