Михаил Васильевич Фрунзе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Громя противника, части Шестой армии быстро прошли ют Днепра к Крыму, ворвались на Перекопский перешеек и с утра 31 октября предприняли яростную атаку неприступного Турецкого вала. И хотя атака была отбита, все же путь через Перекопский перешеек Врангелю был отрезан. Одновременно с этим более подвижные части Первой Конной армии под командованием Буденного с боями быстро продвинулись от днепровских берегов к другому перешейку — Чонгарскому и преградили этот второй, последний путь разбитым вражеским войскам. Оставалось выполнить вторую часть плана Фрунзе — окружить и уничтожить противника, не дав ему возможности проскользнуть и укрыться в Крыму. Но это не было полностью осуществлено по вине Второй Конной, Четвертой и Тринадцатой армий, в руководстве которых, как выяснилось впоследствии, были враги советского народа.

Эти армии, преследуя отступавшего противника, должны были с севера и востока притти на помощь частям героической Первой Конной армии и совместно с ними завершить операцию по истреблению и пленению всей врангелевской армии. Вместо этого они ослабили свой напор, замедлили продвижение и тем самым позволили противнику оторваться от них и всей массой обрушиться на буденновскую конницу. Завязался неравный кровопролитный бой. На стороне белых был огромный численный перевес, превосходство в боевой технике, в частности сильная авиация и автоброневики. Благодаря этому Врангель сумел пробить брешь и 2 ноября увести битые остатки своей армии через Чонгарский перешеек в Крым. Но это ему удалось ценой больших потерь: нашими войсками было захвачено до 20 тысяч пленных, свыше 100 орудий, много пулеметов и другого вооружения.

Перед армиями Южного фронта встала труднейшая задача — пробиться сквозь узкие и сильно укрепленные перешейки Крымского полуострова и там добить ускользнувшие корпуса Врангеля.

Укрывшись в Крыму, Врангель был уверен, что карающая рука советского народа здесь не достанет его, что между его армией и советскими войсками лежат сильно укрепленные, непроходимые твердыни Перекопского и Чонгарского перешейка. И действительно, на средства зарубежных империалистов, под руководством иностранных инженеров перешейки были опутаны густой сетью проволочных заграждений, перерезаны глубокими окопами, усеяны пулеметными гнездами и батареями тяжелой артиллерии.

Сравнительно слабее был защищен проход в Крым через длинную, узкую Арабатскую стрелку. Поэтому Фрунзе первоначально предполагал здесь осуществить свой прорыв при поддержке нашей Азовской морской флотилии, которая должна была приплыть из Таганрога и отогнать вражеские суда из района намечавшихся боев. Но когда выяснилось, что Азовская флотилия скована морозами в Таганрогской бухте и не может притти на помощь, пришлось принять другое решение — штурмовать перекопские твердыни в лоб и одновременно с этим, переправившись в брод через Сиваш (Гнилое море), овладеть Литовским полуостровом, а затем ударить во фланг и тыл перекопской группе противника.

Переправу через Сиваш Фрунзе назначил в ночь с 7 на 8 ноября. По метеорологическим показаниям было установлено, что в эту ночь ветры, дующие с запада, должны были отогнать воды с Сиваша к Азовскому морю. Предполагали, что вследствие этого Сиваш настолько обмелеет, что станет проходимым. Так и случилось. Уже накануне боя Гнилое море превратилось в огромную низину с ямами, наполненными густой соленой жижей. Были высланы саперные отряды, которые при содействии местных старожилов-крестьян отыскали броды и расставили по ним вехи. Топкие места мостились снопами соломы. Весь день шли усиленные приготовления к весьма трудному, небывалому переходу через морской рубеж. Сам Фрунзе руководил ими, объезжал полки, вдохновлял красноармейские массы на предстоявшие подвиги.

Когда ночная тьма поглотила берега и весь Сиваш затянулся непроницаемо серой пеленой тумана, красные полки стали спускаться на обнаженное морское дно. Ноги погружались в черные холодные воды Сиваша, застревали в липкой грязи, порою проваливались в неразличимые ямы. Бойцы то растягивались длинной цепью, то в беспорядке рассыпались по необъятному простору, то, нащупав широкие проходы, выстраивались и шли цепями. Двигались осторожно, бесшумно, не желая, чтобы враг преждевременно их обнаружил.

Но вот впереди взметнулась и вспыхнула сигнальная ракета. Вражеский прожектор ярким мечом пронзил мрак и стал шарить по местам переправы. С берега затрещали пулеметы, гулко прозвучали отдельные орудийные залпы и затем все слилось в сплошном грохоте врангелевских батарей. Начали падать убитые и раненые. Но это не поколебало ряды наступавших. Перед ними уже близок был вражеский берег, они вскоре под своими ногами почувствовали твердую почву Литовского полуострова. Отсюда, продвигаясь вперед, красные полки должны были повернуться к Перекопу и ударить в тыл грозному Турецкому валу в то время, как другие части будут штурмовать его с Перекопского перешейка.

Всю ночь не смыкал глаз командующий, находясь в Строгановке — маленькой рыбацкой деревушке на берегу Сиваша. Время от времени Фрунзе выходил из хаты на берег, пристально всматривался в ночную тьму, сторожко прислушивался к отдаленным звукам разгоравшегося боя, желая разгадать происходившее, затем снова возвращался в штабную комнату и вдумчиво выслушивал телеграфные донесения.

Сначала приходили радостные вести о первых успехах переправившихся частей, об их значительном продвижении. Но вот с того берега телеграф донес, что Врангель подтянул и бросил на Литовский полуостров лучшую свою конницу и под ее напором красные части вынуждены отходить обратно к Сивашу. А там, сзади, неожиданно начался прилив, броды исчезли под водой, и путь через Сиваш вот-вот будет отрезан. По телеграфным проводам доносились настойчивые просьбы о подкреплениях. И им в ответ по тем же проводам несся твердый, властный приказ командующего удержаться во что бы то ни стало. И тут же по другим проводам Фрунзе приказал войскам, штурмовавшим Турецкий вал с севера, с Перекопского перешейка, усилить атаки и прорвать вражескую оборону.

Красные войска дважды безуспешно штурмовали белогвардейскую твердыню. Уже много полегло в ожесточенных атаках. Но приказ командующим отдан, и надо его выполнять.

Путь героическим войскам преграждал грозный вал высотой в двадцать метров. Перед ним — ров глубиной в пятнадцать метров и шириной в сорок метров. Спуск в ров и подъем на вал почти отвесные. Весь вал опутан колючей проволокой в несколько рядов, покрыт пулеметными гнездами. За ними — артиллерия. А перед валом расстилалась открытая, не защищенная ничем ровная степь, каждый клочок которой был заранее пристрелян врагом, где атакующие цепи красноармейцев попадали под губительный огонь.

Но приказ командующего дошел до сердца каждого бойца, и они с еще большей яростью бросились вновь в атаку, на штурм. Вот многие из них добежали до рва, бесстрашно скатились вниз и затем со дна начали один за другим взбираться по отвесной круче вверх. Вот они у проволочных заграждений, рвут колючку, прорываются через нее. Уже громче и шире раздается их победное «ура».

На рассвете 9 ноября, в 3 часа 30 минут, Фрунзе услышал долгожданное донесение о том, что Турецкий вал взят и наши войска неудержимо продвигаются вперед.

Эта победа предрешила борьбу за весь Крым. 11 ноября были прорваны сильные Юшуньские укрепления, 12 ноября взят с боя Джанкой, 14 ноября Красное знамя развевалось над столицей Крыма — Симферополем, 15 ноября наши войска вступили в Севастополь, а 16 ноября был захвачен последний опорный пункт врангелевцев — Керчь.

В этот же день Фрунзе телеграфировал Ленину: «Сегодня нашей конницей занята Керчь. Южный фронт ликвидирован»[38].

Так закончился третий поход Антанты на Советскую Россию. Жалкие остатки разбитых белогвардейских дивизий были сброшены в Черное море. Крым стал снова советским. А героическая Красная Армия покрыла свои победные знамена неувядаемой славой.

И эту славу вместе с армией заслуженно разделил Фрунзе, ее командующий. Замечательный полководец ленинско-сталинской эпохи показал свое превосходство над лучшими генералами царской России. За исключительные заслуги в борьбе с Врангелем и за освобождение Крыма Фрунзе был награжден почетным революционным оружием — шашкой с надписью: «Народному герою».

X. На страже Советской Украины

После ликвидации врангелевщины вооруженная борьба все же не прекратилась совсем. Правда, основные силы внутренней контрреволюции и внешней интервенции были раздавлены и развеяны. Но оставались мелкие хищники, подстрекаемые и поддерживаемые зарубежными врагами советской власти.

Особенно рыскали эти хищники по степям Советской Украины. Она своими природными богатствами привлекала не только их алчные взоры, но и тех, кто их натравливал. Зарубежные капиталисты продолжали мечтать о захвате богатой Украины, о превращении ее в свою колонию. По их указке разбойничьи банды Махно, Тютюника, Зеленого и других пытались нарушить мирную жизнь Советской Украины, подорвать ее мощь, расшатать и ослабить советский строй с тем, чтобы потом было легче покорить украинский народ. Бандиты совершали налеты на украинские города и села, грабили и разрушали их, зверски расправлялись с населением, особенно с людьми, преданными советской власти, поднимали кулацкие восстания. Нередко эти восстания разрастались и охватывали большие районы. Все это создало серьезную угрозу не только мирному развитию Советской Украины, но и самому ее существованию.

Учитывая это, советское правительство и партия 3 декабря 1920 года назначили Фрунзе командующим всеми вооруженными силами на Украине и поручили ему в кратчайший срок искоренить бандитизм и прежде всего махновщину.

Фрунзе немедленно приступил к выполнению очередного боевого поручения, используя свой богатый опыт борьбы с басмачеством в Туркестане. Еще до нового назначения он повел решительную борьбу с отрядами Махно, которые еще недавно, в качестве «повстанческой армии», находились в подчинении Фрунзе — командующего Южным фронтом и принимали некоторое участие в борьбе за освобождение Крыма от врангелевцев. Но уже в то время «повстанческая армия» Махно окончательно разложилась, подпав под кулацко-анархистское влияние, и преступно нарушала военную дисциплину. До Фрунзе стали доходить сведения о бандитских проступках махновцев, об их грабежах и убийствах, о кровавых столкновениях с красноармейскими частями.

23 ноября 1920 года Фрунзе издал приказ о расформировании «повстанческой армии». В ответ на это Махно открыто выступил против советской власти и встал на путь безудержного бандитизма. Некоторое время его шайки безнаказанно бесчинствовали в Гуляй-Польском районе, Запорожской области. Но затем они были здесь окружены. Лишь ценой больших потерь им удалось в конце декабря вырваться из кольца советских войск и скрыться в просторах правобережной Украины.

Там Махно стал применять тактику неожиданных налетов, внезапно появляясь в каком-нибудь районе и так же внезапно исчезая. В этом ему помогала кулацкая часть украинского крестьянства. Вследствие этого борьба с махновщиной весьма осложнилась. Требовалось изыскать и применить особые средства и приемы борьбы.

Фрунзе нашел эти средства. Среди украинского селянства провели широкую разъяснительную кампанию о сущности махновщины, об ее враждебности интересам трудового народа, о необходимости борьбы с нею. Наряду с этим, по приказу Фрунзе, сформировали «летучий корпус», отряды которого должны были не только преследовать махновцев, но и перерезать им пути их отступления, окружать и беспощадно истреблять. Такая тактика борьбы, удачно примененная Фрунзе еще в Туркестане, полностью оправдала себя и здесь.

Скоро преследуемые по пятам, махновские банды заметались под ударами отрядов «летучего корпуса». Теснимые отовсюду, они с трудом пробирались из одного района в другой, не встречая прежней поддержки у местного населения. С каждым месяцем банды таяли, бывшая «армия» превратилась в жалкий сброд обреченных головорезов. Чувствуя неизбежность гибели, Махно с кучкой своих наиболее отпетых сторонников тайком пробрался к берегам Днестра и здесь в августе 1921 года переправился в Бессарабию, где и нашел свой последний приют под защитой румынского правительства.

Во время борьбы с махновщиной Фрунзе не только руководил, но и принимал сам непосредственное участие в боевых операциях, показывая пример личного героизма.

За личную храбрость и мужество, проявленные в период борьбы с бандитизмом, Михаил Васильевич был награжден вторым орденом Красного Знамени.

На Украине Фрунзе принимал активное участие в государственной жизни страны.

[38] «М. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны». Сборник документов, Воениздат, 1941 г., стр. 449.