Гадалка. Карта Смерти: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Никомантка»?!

Меня охватила настоящая паника. Обвинение в некромантии — это уже серьезно, за такое и на дыбу могут вздернуть, и колесовать. Ни первого, ни второго мне пробовать не хотелось. Только с чего они взяли, что я некромантка? Это какая-то ошибка. Да любой, самый завалящий ведьмак по ауре сразу поймет, что я обычная магичка.

Во дворе послышались шаги. Через пару мгновений дверь сарая распахнулась. В проеме показался толстый мужичок лет пятидесяти, с рыжими мохнатыми усами и большими залысинами на голове. В руках он зачем-то держал вилы. Из-за плеч выглядывала моя несостоявшаяся хозяйка и ушастый белобрысый парень.

— Тащи ее, Тор, — нервно приказала Парина и легонько толкнула его внутрь. — Связанная она ничего не сделает.

Никаких ведьмаков и магов среди них не было. Я ошалело взглянула на вилы и попыталась вразумить сельчан:

— Что вы делаете? Это какая-то ошибка, отпустите меня!

Усатый дядька тяжело вздохнул и, покрепче сжав рукоять вил, шагнул в сарай. Женщина и мальчика остались у проема. Много людей находилось у сарая, на улице — я слышала их голоса. Они совещались.

— Зачем везти куда-то, сожжем и все!

— Некр. ник. никмант… ведьм, короче, огонь не жрет!

— Кому ты говоришь?! Да я энтих ведьм…

Я лихорадочно переводила взгляд с одного человека на другого. Ненависть, ярость, презрение. Если бы они все еще не боялись страшную «некромантку», то давно бы разорвали меня на кусочки.

— Это ошибка… — все еще пыталась оправдаться я, но меня никто не слушал.

Тор кое-как справился с робостью и подошел ко мне. Рывком схватив за наполовину распустившуюся косу, поволок меня из сарая. Толпа, стоявшая на улице, взревела. Белобрысый мальчишка извернулся и у дверей со всей силы саданул мне в бок ногой, обутой в порядком изношенный грязный лапоть. Я охнула, Тор волок меня дальше. Спина и зад остро чувствовали каждую кочку. Волосы, казалось, сейчас оторвутся вместе со скальпом.

— Ведьма!! Чтоб ты вечно горела в огне!!

— Перебить ей все кости!

— Смолы, смолы в костер побольше!

Кто-то плюнул мне в лицо, да метко, прямо в нос. Приблизиться и убить меня на месте сельчане боялись. Про некромантов ходило много разных слухов, в числе которых — если дотронешься до кожи некроманта, то станешь нежитью. Бред, но распространенный миф сейчас спасал меня от толпы, которая наверняка забила бы «никомантку» до смерти прямо тут, у сарая.

— А Айянькел как же?..

— Пепел горожанам привезем, они и так довольны будут!!

— Смотрите, чтобы не вырвалась!..

Тут толпа, шедшая по обе стороны от нас, расступилась. Мужчина бросил меня посреди сельской площади и отошел. Я лежала на спине, смотря на небо. Только-только поднялось солнце. Значит, пробыла в забытье целую ночь. «Преступников лучше всего казнить по утрам», — вспомнилось мне цитата из недавно прочитанной книги, автором которой являлся бывший градоправитель города Тыри.

— Поднимите ее, — заорали где-то слева.

Ко мне подбежали двое крестьян. Уверившиеся в беззащитности «никомантки», они грубо подняли меня с земли и поставили на колени перед небольшой, наспех сколоченной трибуной. Я криво усмехнулась, все еще не понимая реальности происходящего. И тут же подумала, что если бы вместо слабенького мага в руках сельчан оказался настоящий некромант, село Гладильники уже существовало бы только на картах.

Я огляделась. Справа, шагах в пятнадцати, стоял большой столб, на какие обычно вешают указы правителей, как королей, так и тех, что помельче рангом. Сейчас на нем были налеплены две бумажки. Первая, из синей гербовой бумаги, явно была каким-нибудь очередным указом. Зато вторая вызвала во мне интерес. Еще бы! Не каждый день видишь свою физиономию с большой подписью наверху: «Внимание! Некромант! Особо опасна».

Бумаги на портрет не пожалели, чернил тоже, так что я в деталях смогла рассмотреть плакат. Лицо было сильно похоже на мое, хоть неизвестный художник и пририсовал некромантке зверский оскал, больше смахивающий на позевывание. Три родинки на щеке были нарисованы слишком ярко, видимо, как особая примета. Внизу было подписано: «известна как Майла». Я попыталась вспомнить, называла ли я когда-нибудь себя этим именем. Вроде нет. Имя было незнакомое, чужое, простолюдинское и походило на собачью кличку.

Тор на трибуне все мешкал, переговариваясь о чем-то с односельчанами и скребя пером по дешевой берестяной бумаге. Возле столба уже начали понемногу притаскивать дрова для будущего костра. Давешний белобрысый паренек пыхтя тащил ведро со смолой. Черноволосый крестьянин баюкал распухшую фиолетовую руку, волоча за тесемки одну из сумок. Шов на боку сумки разошелся, и из прорехи на площадь выпали подарки Аритты — пододеяльник и наволочка. Кто-то из сельчанок бросился поднимать белье, но тут же с криком откинул его обратно.

— Смерть! На них смерть! — тыкала пышногрудая толстуха в вышитые черепа. Видимо, о традициях народа фринт в селе даже не подозревали.

— Поделом тебе, нечего было зариться на некромантское! — огрызнулся мужик.

— Всем тихо!! — ожил на трибуне Тор. Голос его оказался очень громким. Слова эхом разошлись по площади.

Толпа затихла. Кое-где пробежал предвкушающий веселье шепоток. Я проглотила ком, вставший в горле, и посмотрела на трибуну. Сзади Тора, который, по-видимому, был старостой, люди не стояли и я могла видеть стену сарая. От выхода до того места, где я стояла, было всего шагов тридцать. Как же захотелось туда обратно!.