— Многие романсы Чайковского, Грига, Мусоргского.
— И вы их помните?
— Да. У меня неплохой слух.
— Слух и слуховая память, — добавил Торцов. — Кажется, вы любите и живопись?
— Очень.
— У вас есть любимые картины?
— Есть.
— И вы их тоже помните?
— Очень хорошо.
— А природу вы любите?
— Кто же ее не любит!
— Вы хорошо запоминаете виды, обстановку комнат, форму предметов?
— Запоминаю.
— И лица тоже?
— Да, те, которые производят на меня впечатление.
— Например, чье лицо вы помните отчетливо?
— Качалова, например. Я видел его близко, и он произвел на меня большое впечатление.
— Значит, у вас есть и зрительная память.
Все это тоже повторные ощущения, но они вызываются памятью пяти чувств. Они не принадлежат к переживаниям, подсказанным эмоциональной памятью, и стоят от нее особо.
Тем не менее я буду иногда говорить о пяти чувствах параллельно с эмоциональною памятью. Это удобнее.
Нужны ли и поскольку нужны артистам на сцене воспоминания об ощущениях наших пяти чувств?
Чтобы решить этот вопрос, рассмотрим каждое из этих ощущений.
Из всех пяти чувств зрение наиболее отзывчиво при восприятии впечатлений.
Слух также очень чуток.
Вот почему легче всего воздействовать на наши чувства через глаз и ухо.
Известно, что у некоторых живописцев внутреннее зрение настолько отчетливо, что они могут писать портреты отсутствующих.
У некоторых музыкантов внутренний слух настолько совершенен, что они могут мысленно прослушать симфонию, только что перед тем сыгранную, припоминая все детали исполнения и самые незначительные уклонения от партитуры. Артисты сцены, подобно художникам и музыкантам, обладают памятью внутреннего зрения и слуха. С их помощью они могут запечатлевать и воскрешать в себе воспоминания о зрительных и слуховых образах, о лице человека, о его мимике, о линиях тела, о походке, о манерах, о движениях, о голосе, об интонации встречающихся в жизни людей, об их костюме, о бытовых и других подробностях, о природе, о пейзаже и прочем. Кроме того, человек, а тем более артист, способен запомнить и вновь воспроизвести не только то, что он видит и слышит в реальной жизни, но и то, что невидимо и неслышно создается в его воображении. Артисты зрительного типа любят, чтоб им показали в действии то, чего от них добиваются, и тогда они легко ощущают чувство, о котором идет речь. Артистам слухового типа, напротив, хочется поскорее услышать звук голоса, речь или интонацию того лица, которое они изображают. У них первый толчок для возбуждения чувствования исходит от слуховых воспоминаний.
— А другие ощущения пяти чувств? Разве они бывают нужны на сцене? поинтересовался я.
— Конечно!
— Если они нужны, то для чего и как ими пользоваться при сценическом творчестве?