— Да ты постоянно пропадаешь у него дома. Я видел тебя там. Ты бываешь на кухне, ты пользуешься ванной. Готов поклясться, ты великолепно изучила и его спальню.
Он нарисовал такую грязную и омерзительную картину, что я уже чуть не кричала:
— Ты чудовищно не прав! Наши отношения с Броди ничем не отличаются от отношений любых людей, которые вместе работают.
— И путешествуете вы вместе. К примеру, на этой неделе вы четыре ночи провели в Хай Пойнте.
— Мы работали.
— Ну да, ну да. Мне пришли распечатки твоих телефонных звонков из других твоих поездок. На один звонок к нам приходится три звонка к нему.
— Он мой исполнительный директор, — повторила я. — Мой деловой партнер.
— Тогда почему ты не звонила ему во время рабочего дня?
— Потому что во время рабочего дня я была занята с другими людьми. И домой приходилось звонить либо утром, либо вечером.
— Ну естественно, Броди ты звонила вечером. Без пятнадцати десять, в половине одиннадцатого, в пятнадцать минут двенадцатого.
— Да, это так. К тому времени я успела уже поговорить с тобой и с детьми, перекусить, включить свой ноутбук, оценить, сколько я переделала за день, и составить список того, что хотела бы сообщить своему компаньону и узнать у него. Кроме того, прими разницу во времени. Вот и получилось, что я звонила поздно.
Я понимала, что мои объяснения звучали как оправдание, но обвинения Дэниса выглядели настолько несправедливо, что я просто не могла молчать.
— Ну а Броди конечно же не возражал. Как это мило с его стороны.
— Он сова, так же как и я.
— Да? И каким же образом ты об этом узнала?
— Таким же, каким и ты. Потому что Броди — наш лучший друг. — Я провела рукой по волосам, как будто это могло внести какую-то ясность в мои мысли. В голове у меня все перепуталось. Я внезапно осознала, что Дэнис скрупулезно собирал и накапливал аргументы против меня, планируя все это на протяжении длительного времени. Распечатки телефонных звонков. Броди и я. — Броди был твоим соседом по комнате в колледже. Ты знаешь его почти двадцать пять лет. Он твой лучший друг. Он крестный отец наших детей, их любимый дядя и — да, хорошо — он и мой лучший друг. И если ты вздумал ревновать, то мне очень жаль….
— Ревновать? Да ты спала с ним. Потому что секс между нами я бы назвал более чем посредственным.
Я почувствовала, как будто меня ударили в живот, в самую середину.
— Ты всегда меня хотел. И никогда не жаловался.
— Чертовски права. Зато ты старалась избегать секса со мной, как неприятного визита к дантисту. Ты то чувствовала себя измученной, то работала допоздна, то прислушивалась, не проснулись ли дети…
— Прекрати! Я очень редко отказывала тебе в близости и не помню ни одного случая, чтобы ты не получил удовольствия. На что ты жалуешься? Не возводи на меня напраслину, Дэнис. И не важно, насколько я была занята — на секс всегда находилось время. Нам вполне этого хватало.
— Количество не значит качество.
Я возвела глаза к потолку.
— Ради Бога, что тут вообще происходит?
— Это, — ответил Дэнис, ударив по бумаге, которую я держала в руке.
Я сделала шаг назад, а он подскочил к телефону. Все происходящее слишком ошеломило меня, поэтому я никак не отреагировала на то, что он поднес трубку к уху и набрал номер. А его фраза: «Пришлите кого-нибудь сюда как можно скорее», — после того как он назвал кому-то наш адрес, окончательно сбила меня с толку. И только когда он повесил трубку, я осознала, наконец, что именно произошло.
Мой муж, который обнимал меня всего лишь две недели назад, ни разу даже не намекнув на свои чудовищные планы, только что вызвал полицию.
— Дэнис, — запаниковала я. — Ради Бога, Дэнис. Ты сейчас сжигаешь все мосты.
— Уходи.
— Что ты делаешь с нашими жизнями?