— Это для Зимнего дворца, — тихо заметила тетушка Мэгги. — Бабушка Мейв живет в другом мире, понимаете?
Сара нахмурилась и наклонилась вперед:
— Что вы имеете в виду под другим миром?
— Мир, где более спокойно, где ее ничто не пугает, свой особый мир. Она там счастлива.
— Я могу навестить ее? И взять с собой девочек, тетя Мэгги? — спросила Мейв.
— Если вы побудете с ней всего несколько минут и не будете говорить ничего такого, что может ее расстроить.
— О, мы не скажем ничего такого, тетя Мэгги, — выпалила Крисси и только потом поняла, что обратилась к тете Мейв, как к своей собственной тетке. — О, простите меня, мисс О'Коннор.
— Мне нравится, как ты меня называешь, Крисси. Если хотите, Сара и Марлена, вы тоже можете звать меня тетя Мэгги. Мне бы хотелось, чтобы вы считали наш дом своим вторым домом.
— Для меня это будет мой первый дом, — засмеялась Крисси, — другого у меня нет!
Маргарет Эббот О'Коннор сидела в своей гостиной и плела кружева, она была вся окружена многими ярдами кружевной скатерти. Краснолицая кругленькая Энни впустила девочек и внимательно следила, как они садились вокруг хрупкой Маргарет, одетой в желтое шелковое платье. В ее серо-белых кудрях были прикреплены такие же бантики.
— Как мило, что вы зашли навестить меня, дети. Вы что — три сестры? Конечно, нет. Как глупо! Вас же здесь четверо, не так ли? — Она протянула палец и пересчитала: — Один, два, три, четыре. Как странно. Мне казалось, что только трое из вас страстно желают поехать в Москву, — задумчиво заметила она.
— Вы плетете прелестную скатерть, — сказала Крисси, погладив кружева.
— Да, это для дворца. Я должна торопиться. Нам она вскоре понадобится. Вскоре состоится свадьба!
— Чья это будет свадьба? — спросила Сара.
Маргарет нахмурилась.
— Я не помню. — Потом она тихонько засмеялась. — Наверно, кто-то из молодых, видимо, Анастасия.
— Я уверена, это будет красивая свадьба, — сказала Мейв.
— Вы должны все прийти. Мне кажется, что принц захочет танцевать с вами.
— Мне бы хотелось, чтобы он танцевал со всеми нами, — сказала Сара.
— Он так и сделает. У него прекрасные манеры, и он обожает хорошеньких девушек. Мы должны решить, что вы наденете.
— Что мы должны надеть? — спросила Сара.
Маргарет замешкалась.
— Я не знаю. — Потом она повеселела. — Я придумала, мы спросим Вронского. У него такой прекрасный вкус. Он все вам посоветует. Он обожает красный цвет. Он, наверно, пожелает, чтобы я была в красном. Мы спросим Вронского, что три… нет, четыре… словом, что вам следует надеть. Как вы считаете, у Вронского хороший вкус? — обратилась она к Крисси.
Крисси посмотрела на Мейв.
— Конечно, — подтвердила Мейв. — Мне так кажется. — Она заметила, что Энни начинает нервничать. — Мы забежали к тебе на минутку. Нам нужно уходить.
Мы поцеловали Маргарет и ушли. Возвращаясь в дом Мэгги, Крисси спросила у Мейв, кто такой Вронский.
— О, он был любовником Анны Карениной. В книжке…
— Давно она такая? — спросила Сара.
Мейв пожала плечами:
— Я не знаю. Я сама увидела ее только примерно год назад.